Не верь мечтам

— Конечно, — кивнула я, снова уткнувшись в тарелку.

— Ты Тэмия? — снова заговорил Имир.

— Тэя. Мне больше нравится Тэя.

— Приятно познакомиться, — расцвёл в улыбке светлый эльф. — Я — Имир. Девушка-красавица рядом — Дилана. Она душа и свет нашей компании. Справа от тебя сидит человек-энциклопедия — Олан. Обращайся к нему, если чего-то общеизвестное запамятовала. Ну, а мрачный тип в углу — Эйн. Он просто так прилепился к нам и таскается следом.

Собравшись с мыслями, изобразила удивление именами эльфов, получив ожидаемый ответ про академия и правила.

— Произошедшее сегодня на физической подготовке — ужасно, — подала голос Дилана. — Тер Корс совсем спятил со своими упражнениями. Он не имел права так поступать! Прости, что промолчала сегодня. Тер Корс он… Он меня пугает. Жуткий тип. И жестокий.

— Ничего. — Горло стиснуло спазмом и говорить удавалось с трудом. Капля участия, и я расклеилась. Позорище. — Всё нормально.

— Ничего нормального в этом нет, — вставил свои «пять копеек» Олан.

В любой другой ситуации я бы так и поступила, но боюсь, об этом сразу станет известно всем подряд, и к моему списку позорных «титулов» добавиться стукачка. Или как тут это правильно называется? Таких нигде не любят, и сокурсники меня окончательно сожрут, не говоря о том, что шансы сдать физическую подготовку уйдут в глубокий минус.

— Тер Корс использует жестокие, но действенные методы, — тихо произнёс Эйн. — Сегодняшняя ситуация заставила всех задуматься над его словами. Прочитай он нам просто лекцию, половина пропустила бы сказанное мимо ушей. А от навоза ещё никто не умирал.

— То есть, по-твоему он прав? Оправдываешь его поступок?! — взвилась Дилана.

— Не совсем, но по большей части.

Что? Прав, значит? Слышать такое от Эйна оказалось неожиданно больно. Знала ведь, он не ванильный принц или благородный рыцарь, но чтобы он поддерживал такие изуверские методы? Следом поймала себя на мысли — окажись на моём месте кто-то другой, возможно, я даже согласилась бы с ним. Двойные стандарты во всей красе, что б их. Подавленность сменилась злостью. Соседи по столу продолжали спорить на грани ругани, а я кипела.