Не верь мечтам

— Вы отпустили виновника и свидетеля, — гнул своё дознаватель.

— Я вообще была без сознания, — вздохнула, обречённо понимая бессмысленность разговора. — Да и будь иначе, мы с Эйном были не в том состоянии, чтобы кого-то задерживать.

Сдаваться тер Улаш не собирался, открыл рот, чтобы задать очередной глупый вопрос, как нас прервало появление новых действующих лиц. В первом я опознала его начальника тера Сомуса, а вторым был ректор академии тер Фаридан.

— Тера Боба, вы можете быть свободны, — изрёк тер Сомус.

— Но, тер Сомус, — возразил тер Улаш.

— Мы больше не можем задерживать Теру Бобу и тера Эйнириэля, — оборвал главный дознаватель подчинённого.

— Вы вообще не имели права их задерживать. Они адепты АВМ и вы были обязаны поставить меня в известность, прежде чем допрашивать их, — мрачно вмешался тер Фаридан. — Тэмия, собирайся.

Он протянул мне стопку вещей, и я направилась на выход, но успела услышать кусочек разговора.

— Дело чрезвычайно серьёзное. Сейчас я имею права закрыть в камере даже члена королевской семьи, — возразил тер Сомус.

— Чем вы были рады воспользоваться, а проблемы с отцом Эйнириэля будут у меня, — недовольно процедил ректор. — Не говоря о том, что возможно вы лишили мир единственного практикующего серого мага. Как вам в голову пришло не давать ей эликсир!

— Пусть этим занимаются ваши целители, а мы не могли рисковать, давая тере Бобе шанс сбежать, — ровно говорил главный дознаватель. — А с отцом Эйнириэля мы сами хотим пообщаться…

Больше я ничего не слышала, так как достигла своей комнаты-палаты-камеры.

Душ принимать не стала, часа два назад там была, но серую робу, что мне выдали взамен платья, стянула с удовольствием. Одеваясь, с какой-то сентиментальностью отметила, что тер Фаридан принёс не просто одежду, форму академии, а тот её вариант, который я предпочитаю.

Мне казалось, я недолго возилась, но когда вышла обнаружила, что ждут только меня. Два молодых дознавателя, ректор и Эйн, все толкались в коридоре рядом с моей дверью. В полном молчании мы выбрались на улицу, где нас уже ждала карета академии.

Ректору не пристало ездить в неказистых повозках для перевозки адептов.

Смотреть на Эйна было… сложно. Он выглядел привычно холодным и отстранённым. Недосягаемым. Сейчас, тот поцелуй, та нежность и искренность, всё это казалось далёким сном. Лишь чуть более ярко-выраженная бледность выдавала, что ему недавно пришлось несладко, а гневные искры в глазах при взгляде на дознавателей, говорили достали они не только меня.