Не верь мечтам

Пытался затушить его собственной сырой курткой, да толку было мало.

Ой, дурак! Если это моё подсознание, мой внутренний мир, то я тут хозяин! Закрыл глаза, сосредоточился и представил, как ливень заливает пламя, оно затухает, а после не остаётся и пепла. Затем алтарь покрывают трещины, и он рассыпается на тысячу фрагментов, а изображения Диланы выцветают и исчезают.

Открыл глаза и увидел, как, повинуясь моей воле, вода заливает огонь и… на этом всё. Сколько бы я ни представлял и мысленно ни приказывал, алтарь оставался на месте и там едва тлели угли.

Портреты Диланы стали тусклыми, но на них ещё можно было рассмотреть девушку. Не совсем то, чего я хотел, но уже успех. Дышать сразу стало легче, ураган утих. Зал стал напоминать заброшенную пещеру, где какие-то дураки жгли костёр, но не залили угли, уходя.

Вот и всё. Можно возвращаться. Остальные залы я осматривать не хотел и уж точно не собирался ничего там изменять. С чувствами нужно быть осторожным. Сделаешь что не так и рискуешь стать эмоциональным калекой.

Потому снова закрыл глаза и всей душой пожелал вернуться в реальный мир.

Яркий свет ослепил, тело затекло и окоченело. Неприятно. Только это всё мелочи, на душе царил покой, которого давно не знал, делая меня почти счастливым.

Глава 20. Отстающие

Эйн

Обратно я возвращался другим человеком, то есть, эльфом. Чувствовал себя обновлённым. Мир снова казался ярким и светлым. Оказавшись в академии, обнаружил, что в лесу провёл всю ночь и половину дня. Сложно отслеживать время в глубоком трансе.

Заботило данное открытие мало, благо выходной, и я ничего важного не пропустил.

Осознавал, что последнюю неделю к учёбе я относился наплевательски и надо засесть за книги, подготовиться, но не хотелось. Было слишком хорошее настроение для пыльных учебников. Потому принял душ, привёл себя в порядок и задумался, кого осчастливить своим присутствием? Тут-то и пришло понимание — никто меня не ждёт и рад мне не будет.

Покинув комнату, растерянно брёл по территории академии. С Оланом понятно, он редко в выходные оставался на месте.

Его можно было найти в библиотеке или компании какой-нибудь девчонки.

Про Дилану с Имиром и говорить нечего, теперь они стали неразлучной парочкой. Впервые за полгода мысль о Дилане не вызвала внутреннего волнения, а за последние дни — боли и отчаяния. Я хотел её увидеть, но не как раньше. Это не было потребностью. Всего лишь желал убедиться, что всё позади, и я смогу спокойно находиться с ней в одной академии.