Ведьма и князь. За краем мира

Кажется, к нам пожаловали гости. Я попыталась сообразить, что у меня есть в запасе для обороны, раз уж воспользоваться магией не получится. Князь держал в руке камень, и когда только успел найти.

Окружающие поляну кусты затрещали и послышались голоса:

- Да врешь ты все!

- Да не вру, правда видел!

- Ну и какая она? – В голосе говорившего звучал скептицизм.

- Страшная – зубы во! Когти – во! Волосы длинные, растрепанные и взгляд дикий!

На поляну вывалились двое деревенских мальчишек. У тощего в руках болталась корзинка с ягодами, а маленький и круглый подпрыгивал, размахивал руками и изображал, надо полагать, предмет своего повествования.

- И где же ты это видел? – Тощий уселся на землю и начал жевать ягоды из корзины.

- А в городе, - толстяк плюхнулся рядом. – Вчера с отцом ездили торговать, так туда ведьму привезли. Говорят, сам герцог ее жечь будет.

Все мое благодушное настроение как ветром сдуло.

- Она хотела его невесту отравить, – торжествующе закончил мальчишка. – И звать ее Торстеной.

Кровь застыла у меня в жилах. Как Торстен сюда занесло? Она же целительница от природы, ей в этом гиблом месте должно быть еще тяжелее, чем мне. Ни в какие байки про отравление я не верила. И не собиралась оставлять подругу гореть на костре в этом захолустном городишке.

Достала карту из мешка, стараясь делать это, по возможности, бесшумно. Как я и думала, ближайший город находился вовсе не на дороге к Ничейной пустоши, а примерно в полудневном переходе вглубь Чернолесья.

- Ничего не хочешь мне сказать?

Даже шепот у него звучал, как приказ. Выбирать мне не приходилось. Для спасения Торстен нужна была помощь, но не успела я открыть рот, как Верен отрезал:

- Я не собираюсь спасать ведьму.

После недавнего близкого знакомства с колдуном может и не удивительно.

- Это не она тебя держала в темнице и пытала, - напомнила я.

- Какая разница? Она пыталась человека отравить.

Похоже, неприязнь к ведьмам лежит глубже одного лишь Литорена. Я порадовалась, что не стала сыпать откровениями относительно своей природы.

- Я ее знаю, она целительница и не могла никого отравить. Она даже зверей лечит и еще ни один медведь, лапу которого она вытащила из капкана, не пытался в знак благодарности ее съесть.