Драконье гнездо

Но и здесь жили люди – где оживлённо, где крадучись…

Приглядываясь к этой улице, даже изучая её, я мгновенно погрузилась впечатлениями в прошлое, когда, будучи юной воспитанницей приюта, сбегала в город и чаще проводила свободное время в бедных кварталах, чем там, где беглянку сразу могли прихватить полицейские и немедленно доставить на место…

Здесь даже существовали уличные кухни, на плитах которых что-то жарилось и шкворчало, а торговцы призывали покупателей и просто едоков угоститься здешней поджаренной фауной.

Здесь же существовали магазинчики-лавки, возле которых всегда стояли, по крайней мере, два-три человека. А под ногами то и дело шмыгали детишки, при взгляде на которых сжималось сердце. Замызганные, диковатые…

И весь этот изолированный мир охраняла горстка людей…

Мне стало страшно за них всех. Чем более мы углублялись в странный нижний город, тем ужасающе вымирающим выглядел он для меня.

И снова, наверное, спасая меня от навязчивых мыслей о вымирании этого местечка, всплыла на поверхность мысль: кто такая Келли, спасшая Дрейвена? Она болеет? С нею плохо из-за болезни? Или… Я чуть не остановилась от неожиданности, когда сообразила.

Ей плохо. Она мутирует? Дрейвен дёрнулся, когда я застыла на месте.

- Что?

Свист перед собой. Кажется, я встревожила его.

- Всё нормально. Загляделась.

- Идём.

Немногословен.

Нам пришлось пройти ещё минут десять по более-менее ровной дороге, прежде чем мы свернули в переулок. Здесь идти стало ещё страшней. Стены, казалось, вот-вот рухнут.

Дыры, пробитые в них, чёрные и, на первый, не слишком сфокусированный взгляд, пустые, при более пристальном рассмотрении, шевелились от кого-то прячущегося в них. В общем, пулемёта я не опускала, держа ствол направленным впереди себя.

Как и редкие прохожие, которые проходили мимо и старательно дальше от нас.

- Долго ещё?

- Нет. Скоро.

Интересно, что значит – скоро в его представлении. Есть ли в его жалком состоянии инстинктивное понимание времени?

Дрейвен свернул в совсем уж глухой переулок и остановился перед низкой дверью.

- Только не бойся, - сказал он, и впервые в его голосе я ощутила беспокойство – причём, очень удивлённая, поняла, что это беспокойство относится именно ко мне: он и в самом деле тревожится, как бы я не испугалась.

Открыл дверь. Я вошла следом. Мне пришлось инстинктивно нагнуться, хоть потолок и прятался в темноте. Затем сделать несколько осторожных шагов, стараясь не наткнуться на уиверна, когда тот остановится.