Кома

 – Может, объяснишь мне, зачем взял девчонку в заложники, если она была вашей шпионкой? – король встретился с непонимающим взглядом.

– Ты ошибся, король. Она не шпионка, она иномирянка, – слезы текли по лицу старосты, но держался он достойно.

– Это я знаю, но она шпионила для вас, – продолжал утверждать Ронан.

– Не шпионила, она пришла к нам от отчаяния. Она пыталась убедить тебя отказаться от войны, да ты не слушал, – вздохнув, Арон добавил. – Мы были добры к ней, и она хотела спасти наши жизни.

– Но мне сказали, – продолжал отрицать Ронан.

– Не знаю, что сказали тебе. Но правда моя, видит Патрон, – перебил его Арон.

– Ничего твой Патрон не видит, иначе где он сейчас? – Ронан злился на себя за то, что поверил этой змее, Ярне.

– Видимо, ему нужна была эта жертва, – грустно ответил Арон. – Мы все живем по его законам.

– Теперь все будут жить по моим законам, – голос Ронана стал тверже.

– Что станешь делать со мной и моей деревней? – спокойно спросил староста.

– Позже решу, когда дождусь вестей из вашей столицы. Если согласятся на мои условия – будешь жить, деревню не трону. Если откажутся, придется жечь, для убедительности, – ответил Ронан. – Прости, старик. Война есть война. Она не щадит ни детей, ни стариков, – он повернулся к армии. – Привал, ждем Эда.

Король опустил глаза на землю, где минуту назад лежало тело его девочки, но его там не оказалось.

– Что за фокусы, старик? – прорычал Ронан.

– Пошли в дом, там поговорим, – ответил Арон и, развернувшись, пошел к крыльцу. Король последовал за ним.

Войдя в дом, Арон направился к печи и тыльной стороной ладони потрогал котелок.

– Еще теплый, Лиза вскипятила, – пояснил староста. От этих слов чувство вины ударило Ронана в грудь, вышибая воздух из легких.

Ронан отпил глоток из кружки, чай был сладким на вкус. Ури добавили в чайную смесь ягоды шелковицы, они почти везде их добавляли. Теплая жидкость заполнила рот короля, но горечь утраты так и не смогла смыть. Он отставил чашку в сторону.