Злодейка, разыгравшая свою смерть. Том 2

Когда неизвестный голос задал ей тот последний вопрос, о том, хочет ли она попасть в новое тело, которое не будет недомогать, и получил от нее согласие, Рина просто уснула. Уснула и пробудилась в новом теле, новом мире. Она стала другой.

Сейчас она чувствовала нечто похожее.

Поглотившая мир тьма наконец-то рассеялась. Теперь все вокруг казалось белоснежным, как облако.

Мягкий свет окутывал ее тело… Знакомое тело!

Рина посмотрела на свои руки и ахнула, прикрыв рот. Это было ее тело: родное, потрепанное и почти неживое.

Синие дорожки вен просвечивались сквозь прозрачную кожу, волосы были ломкими и прямыми, даже ногти такие же обкусанные, как это было обычно.

– Вот тебе и изящество благородной аристократки, – усмехнулась она про себя.

Рина оторвала взгляд от своего тела и осмотрелась вокруг. Белые невесомые облака со временем растворялись, за ними начали проглядываться новые очертания. Показалась почти сотня дверей.

Тут и там за массивами облаков проглядывались десятки и сотни всевозможных дверей всех форм и размеров.

Рина их помнила – такие же были в запретной части замка повелителя демонов. Вот только там все же было темнее, а здесь так светло, что глаза непроизвольно щурились и слезились.

Рина нахмурилась.

– Если войду в эту дверь, то куда-нибудь попаду?

Она неуверенно сделала шаг в сторону, как вдруг кто-то схватил ее за руку. Рина обернулась и своими глазами застала ту, в чьем теле она прожила последние месяцы, пока не оказалась здесь – среди облаков.

– Эйрена? – неуверенно спросила она у девушки, чье лицо было так ей знакомо.

– Ты и правда Эйрена Де Клифф?

Эйрена выглядела спокойной. На ее лице не было эмоций: ни радости, ни печали, одно только смирение. Из-за этого и Рина не могла ничего испытать.

До этого момента Рина чистосердечно считала, что стоит ей однажды встретиться с настоящей ведьмой Де Клифф, как она будет на нее злиться и в чем-нибудь обвинять. Например, в том, что Эйрена не ценила Медею, не берегла Витту и Малика, что не сохранила в порядке свой дом, не сберегла даже собственной жизни! Но сейчас, смотря на лицо этой девушки, Рина не могла испытывать ярость.

Эйрена казалась такой опустошенной, разве может Рина ее сейчас хоть в чем-нибудь обвинять?

– Ну здравствуй, – голос настоящей Эйрены был звонкий, как шум горного ручейка. Он выдавал толики высокомерия, присущего ей как аристократке.

Как Рина и думала, даже когда графиня не пыталась никого уязвить, ее голос казался надменным.