Магитерра 3. Благословение Луны

Совет решил, что ты не виновен и пока не представляешь угрозы.

— Совет? — усмехнулся этерн. — Советом ты называешь подпольную сходку Правящих и парочки членов Императорского отряда?

— Не подпольную сходку, а экстренный совет, собранный Императором, для решения внештатной ситуации, — холодно поправил Верлен.

— Какой именно ситуации ты мне не скажешь? — уточнил Рэм.

— Не могу.

— Телепортатор не вернут и членом отряда я по-прежнему больше не являюсь?

— Всё верно. Кроме того, в Академии ты должен отчитываться передо мной о каждом шаге.

— Ничего нового, — хмыкнул этерн.

Адриан открыл портал из кабинета Императора сразу в комнату Илрэмиэля.

Едва этерн остался один, ему нестерпимо захотелось увидеть Калерию. Обнять, поцеловать и по возможности вытрясти из упрямицы признание, что она приревновала, потому что неравнодушна к нему. Правда ещё слишком рано, надо подождать хотя бы до подъёма, а лучше дать девушке ещё несколько минут, чтобы проснуться, умыться... Они могли бы вместе пойти на завтрак.

Илрэмиэль даже улыбнулся, но приятные мысли тут же сменились мрачными. Имеет ли он право втягивать девушку в это?

Приняв душ и надев чистую форму, этерн уже почти решил, что стоит держаться от Калерии подальше. Хотя бы до тех пор, пока не выяснится, в чём его всё-таки подозревает так называемый экстренный совет.

Правда доводы разума отпали сами собой, как только этерн вышел из комнаты. Ноги сами несли его в женское общежитие.

В комнате Калерии ждал неприятный сюрприз.

Рванул в столовую, где её также не оказалось.

— Воронцова, ты не знаешь, где Перье?

— Кажется, у неё с утра тренировка с Адрианом, — удивлённо ответила Влада.

С Адрианом! Кетро скрипнул зубами. Снова этот Адриан!

Какой многозадачный куратор. Всю ночь просовещался, и вместо сна отправился тренировать академистку. Неужели Верлен собирался жениться не только из холодного расчёта? Зачем он продолжает проводить время с Калерией? Тренировка до завтрака даже с натяжкой не может считаться простой помощью академистке.

Направляясь к тренировочным ангарам, Илрэмиэль ощутил, как в районе лба собирается тягучий жар смертельного сияния.

Калерия Перье

«Я должна сказать Кетро правду!» С этой мыслью я проснулась, когда часы показывали только четыре утра, а за окном едва намечались рассветные сумерки. Села на кровати, попила воды и начала разбираться, откуда вообще взялась эта странная идея.