Формула истинной

Мой друг и боевой товарищ! Тебе лучше бы придумать что-то новое, чего я еще не видел, чтобы застать меня врасплох.

Но и Алан прекрасно знает мои приемы. Он оказывается рядом, я выдыхаю на его лапы ледяной огонь – он может буквально приплавить дракона к земле, как льдом. Алан понимает это и взлетает, когтями бьет меня по шее. Это уже опаснее, но далеко не смертельно.

Наш бой продолжает долго. Дольше, чем с любым другим драконом. Мы предугадываем действия друг друга, отражаем, сходимся вновь. В какой-то момент мне удается садануть когтями по левому крылу Алана разорвать перепончатую ткань, и он теряет возможность к идеальным маневрам, хотя все еще может летать.

Почти сразу после этого он подныривает под меня и почти пробивает грудину резким взмахом. Я прикусываю его в бок – это не то что не опасно, даже не больно, но заставляет его отпрянуть.

Ран все больше, но пока еще никто не дорвался до сердца соперника. В этом вся суть. Когтями можно разорвать ребра и убить, но нужно подгадать идеальный момент, ударить ровно и с достаточной силой.

Была бы на мне броня, которую придумала моя жена, и Алана уже не было в живых…

Леотта! Смотрит ли она за нами? Или наоборот, закрылась в комнате, не желая знать исхода? Когда я вернусь к ней, она, конечно, будет в печали. Сложно будет остановить ее рыдания, но я буду рядом, подставлю ей свое плечо. Пусть плачет и гневается сколько угодно, однажды это пройдет. И тогда она точно будет моей…

Удар. Замечтавшись, пропускаю удар, похожий на пощечину. Выпускаю синий огонь на зарвавшегося Алана.

Тот взлетает, но, к моему удивлению, не набрасывается на меня, а отлетает дальше.

Что он задумал? Почему не продолжает бой?

Алан с высоты полета изрыгает черное пламя, как бы очерчивая вокруг нас поле. Все заволакивает густым, почти непроглядным туманом. Это что-то новенькое! Я понимаю, почему раньше, в крупных сражениях он не использовал этот прием – так воины не смогут ориентироваться в пространстве, могут задеть своих. Но в схватке один на один – прекрасно! Надо отдать ему должное, Ал дает мне отпор.

Но есть одна проблема. Я на свое земле. Нет места в мире, где я был бы сильнее, крепче, быстрее. Вокруг так темно из-за густого тумана, словно наступила ночь. И через эту мглу, как летучая мышь, врывается Алан. Я успеваю сориентироваться, бодаю его снизу башкой. Черный дракон переворачивается в воздухе и падает с грохотом, словно случилось землетрясение. А я взлетаю вверх, над туманом, чтобы больше не допустить атаки исподтишка.