Великосветское убийство

Рика невольно хихикнула, потом одёрнула себя:

— Приходите ко мне в подвал, уж чаем-то я вас напою, а за пирожными заедете по дороге в коррехидорию.

— Это утешает, — слабо улыбнулся в ответ четвёртый сын Дубового клана.

Рика ушла к себе. Как на зло её там ждала парочка трупов: в доках случилась драка между местными и матросами с континента. В итоге – две жертвы. Один умер почти мгновенно, удар пришёлся прямиком в солнечное сплетение, а вот второго могли бы спасти. Сволочи, — подумала чародейка, — бросили истекать кровью вместо того, чтобы хотя бы попытаться кровь остановить.

— Вы закончили? – коррехидор прикрыл за собой дверь, — я просто не в состоянии работать, пока этот цербер стоит над душой. Представляете, он буквально завалил меня советами о том, каким образом необходимо реформировать работу коррехидории и тем самым повысить эффективность работы. Не могу! Поедемте в «Дом шоколадных грёз», у меня разум вскипит, если я выслушаю ещё одну порцию почтительных нравоучений майора.

— Хорошо, — согласилась чародейка, — всё равно скоро обеденный час.

Поездка немного успокоила Вилохэда, и когда они вошли в его любимое кафе, четвёртый сын Дубового клана снова стал прежним.

— Как жаль, господин граф, — проговорил подскочивший к ним на входе распорядитель, одетый в цвета кофе и шоколада, — отдельные кабинеты уже разобраны. Если бы ваше сиятельство заранее заказало… Я искренне сожалею…

— Не беспокойтесь, меня целиком и полностью устроит общий зал.

— В таком случае я не могу не обратить ваше внимание на прекрасный столик у окна, — угодливо поклонился распорядитель.

Пока они шли к предложенному месту, взгляд Рики упал на странную парочку, которая притулилась в полутёмном уголке, желая оставаться незамеченными. И им бы это удалось, если бы не слишком пристальный взгляд незнакомой женщины, который она почти физически ощутила и оглянулась. Спутником незнакомки оказался Барт Харада, будущий министр финансов и муж сестры убитого Сюро.

— Какой любвеобильный мужчина, — негромко прокомментировала ситуацию чародейка, — только вчера мы видели его в обществе одной женщины, а сегодня встречаем со следующей. И при этом Кока утверждала, будто бы он – в буквальном смысле столп общественной морали и нравственности. Да журналистке по всей видимости приходилось смотреть куда угодно, только не в сторону Харады, чтобы не увидеть то, что вижу я.