Баба Люба, давай!

– Он сказал, что я – позор семьи, – захлёбываясь слезами, говорила Тиана, – что никому не буду нужна, что он от меня откажется. Никому не нужна.

– Что ты, моя хорошая, конечно, нужна, – утешала Любовь Игоревна, – все будет хорошо. Ты не виновата, никакой ты не бездарь.

«Вот ведь, папочка! – думала о лорде Вальдемаре попаданка, – Не разобравшись, наорал на дочь. Никому не нужна. А ребенок мучается. Убила человека – это не шутка. Ведь не врет, чувствую, что не врет. Но что-то тут все равно не чисто…»

Когда Тиана, наконец, успокоилась, Люба отстранилась и сказала:

– Я поговорю с твоим отцом.

– Нет, не надо, – покачала головой ректорская дочка, – отец рассердится. Он всегда на меня сердится, если я ему надоедаю.

–Послушай, Тиана, – ласково сказала Люба, – в своем мире я общалась со многими людьми и знаю, как надо говорить так, чтобы тебя слушали.

– Это какие-то умения ведьм? – нахмурилась девушка.

– Нет, что ты, – рассмеялась Люба, – это называется психология. Наука о том, как устроена психика человека. Здесь нет никакой магии, просто знания.

– Тогда, я согласна, – кивнула Тиана.

– Позже обязательно займемся, а сейчас я хотела принять ванну. Там, наверное, вода набралась. Покажешь, где там мыло, где шампунь, а где крем для ног, чтобы я не перепутала? – улыбнулась Любовь Игоревна.

Тиана быстро показала бутылочку с мылом и шампунь и вышла за дверь, пообещав подготовить повседневное платье, а Люба с наслаждением залезла в воду. Отмокая в ванной, она продолжала размышлять о слабительном. Что-то во всей этой истории казалось ей подозрительным.

Например, зачем обычное слабительное убирать в отдельный шкафчик, да еще и под заклятье на крови? А может… от мысли, пришедшей в голову, Люба замерла.

Что, если это не слабительное? И лорд Вальдемар таким способом спрятал какой-то сильный яд, или ингредиент? Запрещенный ингредиент? Подписал его, как «Слабительное», чтобы не было вопросов, даже если кто-то случайно увидит содержимое его шкафчика.

И никто бы не догадался, если бы дочь не влезла в шкаф и не решила подсыпать это «Слабительное» сопернице. Лорд знал, что это был яд, но сказал дочери, что та перепутала.