За Гранью любви

Оказалось, он сновидец, — увидев мой недоумевающий взгляд Рай пояснил, — он видит будущее во сне, помнит и может рассказать свои сны, мало того, в некоторых случаях может направлять их, чтобы видеть конкретного человека или событие. Но видит он только будущее, прозреть настоящее или прошлое он не в силах, предотвратить какое-либо из предстоящих событий может, но не всегда получается так как надо. В ту ночь он видел гибель нашего куратора, которого очень уважал, но тогда, — он сцепил зубы, — мы не смогли этого предотвратить.

Он надолго замолчал, вспоминая события далекого прошлого, впрочем, не так давно это и было, да и вспоминать все равно больно.

— Тогда-то он и признался мне, что сбежал из храма, — я кивнула, наконец-то куски разрозненной мозаики стали становиться картиной, намеки на Светлых, на служение стали понятны. — Со своей верой во все хорошее, с небольшим магическим даром он стал бы хорошим служителем Вораса, получил бы небольшой храм и всю жизнь проводил бы обряды, но однажды он рассказал свой сон, потом еще раз, а ушлые жрецы быстро проследили закономерность и взяли мальца в оборот.

Пять лет он спал, его возили по графствам, показывали ему различных людей и усыпляли. Раз за разом его травили снотворным, успокаивающими травами, специальными отварами, большую часть времени он спал и видел сны, а Светлейший, он сам частенько выслушивал своего маленького послушника или специально приставленный к нему наставник, требовали все больше и больше: больше подробностей, больше информации, больше сна…

Я сидела и ужасалась, реалии этого мира стали казаться еще ужаснее, и я с тревогой посматривала на Рая.

— Ему было семь, когда он попал в храм, — продолжил граф, сейчас он смотрел в камин и не видел моего лица, — когда он сбежал, через пять лет, ему продолжало быть семь, потому что никто не учил его, мало того, иногда его забывали даже кормить, когда я его увидел впервые, это был скелет ребенка, по недомыслию обтянутый кожей, он умирал от истощения и я держал его на последних крохах магии, не давая соскользнуть за Грань.

Поэтому как бы он не подходил на роль Светлого при храме, как бы ни был добр и верующ, но храму я его не отдам.

— То есть ты думаешь, что его нашли храмовники, — сделала я вывод из его слов.

— Не думаю — знаю. — Припечатал он, — когда Лаиша в храме Дагоса требовала суда Вораса, среди жрецов находился бывший наставник Лея.