За Гранью любви

Из этого строилась политика храма, я спал большую часть времени, меня накачивали сон травой и какой-то еще дрянью, за мои предсказания брали большие деньги и когда я сбежал, они лишились не только прорицателя и денег, но и рычага давления на многих суеверных аристократов. Вовремя предупрежденные, некоторые из них могли избежать своей участи, а это поверь немалое воздействие… Не так давно я заинтересовался политикой Светлейшего и проанализировал его действия за последние десятилетия и знаешь, именно в те годы, что я содержался в храме, их доходы взлетели, земли прибавилось, а удачные договоренности позволили нынешнему Светлейшему закрепиться на каменном троне и стать пожизненным жрецом всех храмов… Я почти не ошибался.

— Но со мной ты же ошибся… — улыбнулся граф, но улыбка вышла совсем не весёлой.

— Ты бы вошёл в белый огонь…

— Даже не собирался, — покачал головой Рай.

— Не лги себе, если бы мы с Райном не вцепились тебе в плечи ты бы не остановился.

— Я всего лишь хотел вернуть её. Остановить...

***

— Выдвигаемся, — хмурое утро окрасило небо в цвет грязного лоскутного одеяла, мрачными заплатами висели тяжелые тучи. Одним мановением я открыл портал в Форагос.

Дом встретил нас теплым дождем.

— Лей, - окликнул я мага, — сходи к Светлому…

Объяснять ничего не пришлось, Лей знал что делать и перечить мне не стал. Видимо решил дать мне перебеситься, как он это назвал, и молчал целый день, впрочем я был только рад, излишнее внимание мне сейчас только претило.

Райн увел людей в казармы, кушаров в загоны, а я остановился у порога и тряхнул головой. После ухода Рины, мне стали приходить странные мысли и сейчас, стоя на пороге, я вдруг понял, что меня никто не ждет, ни здесь, ни где-то еще. Озадаченный этой мыслью я развернулся и поднялся на стену…

Сверху открывался привычный вид — ревущие струи Рагосы пенились и вспучивались, утаскивая в поток мелкие камни.

Впервые я почувствовал себя камнем, казалось какая-то незнакомая сила стремительно несет меня по течению, и я больше не способен сопротивляться.

— Нет, — выдохнул, — нет… — рука вскинулась и сжалась в кулак, — не позволю.

Резко развернувшись на пятках, направился к замку.

— Майрика, — я окликнул горничную, когда она уже выходила из комнаты.