За Гранью любви

— Вот всем Фарагосе, не наберется больше ста тысяч, — не знаю кому я это говорил, то ли ей, то ли себе, — а ты триста…

— Рай, в нашей столице живут около 12 миллионов жителей, — она посмотрела на меня странным взглядом, а я опешил от нереально огромной цифры, — а города меньше миллиона жителей не считаются особо крупными, добила она меня.

— Но как их всех прокормить? — слетел с губ вопрос.

— Почти все земли распаханы, — пожала она плечами, привычно облокотившись на ограждение балкона и глядя в глаза, — наша страна очень большая, больше всех в мире, — она качнула головой приглашая меня внутрь.

— Смотри, — перед глазами развернулся экран устройства, — это планшет пояснила она, — вот наш мир и на экране развернулась карта, он и вправду был велик, несколько материков купались в океанах, а красное пятно ее страны разлеглось на половине самого большого, — мы находимся вот здесь, — ее палец ткнул в самый низ карты, — города на карте не обозначено, пояснила она, — он слишком мал для этого.

Но увеличив карту она показала огромное количество городов, реки, горы, хребты и моря. Я не все понимал, но хвала Ворасу расстояния, которые она озвучивала приходили мне в голову уже знакомыми величинами, и я удивлялся размаху, который не укладывались в голове.

— Да, — хмуро вздохнул, — ни один кушар не преодолеет такие расстояния.

Рина рассмеялась и почему-то стало легко.

— Пошли, — она схватила меня за руку и повела показывать «блага цивилизации», как она выразилась, — тшеры у нас не в ходу, — со смехом объясняла она, — поэтому мы пользуемся вот этим… — далее следовал инструктаж.

***

Дом был похож на улей, маленькие ячейки сот в каждой из которых копошились люди, огромное количество людей, они топтались на улицах, ездили на странных повозках, Рина называла их машинами, даже летали в небе. Рина охрипла, рассказывая и показывая с высоты своего маленького жилища, как живут в этом мире люди, а потом устав объяснять включила устройство, которое показывало картинки и я зачаровано смотрел в экран, где как в театре, шло действо актеров, Рина же в это время гремела посудой на кухне.

Многого я не понимал, на экране мелькали города, замки, воины и стяги, но осознание того, что здесь из-за кашасеры могла развернуться война не укладывалось в моей голове, а слово «ревность» не поддавалось осмыслению.