Смотрители Перекрёстков

Не то, чтобы в комнате было прохладно, просто вот так, с шалью на плечах, было как-то уютнее.

Очередной юный «звездун» весело горланил очередную песнь-однодневку и чертом скакал по сцене, абсолютно не развлекая своими прыжками и ужимками никого. Уж Ольгу – точно.

Женщина взглянула на часы. До начала фильма еще уйма времени, нужно бы себя чем-то занять. «Сварить кофе, что ли, – подумала Ольга: – впрочем, почему кофе? Скоро новый год, а я даже шампанского купить не удосужилась!»

С того дня, когда Ольга впервые увидела Дракона и подумала, что это алкогольная галлюцинация, в её доме спиртного не было.

Ольга поднялась, оделась и вышла из дома, направляясь в ближайший супермаркет за шампанским. Пить спиртное ей по-прежнему, не хотелось, но ведь праздник! Положено-заведено! Да и какая там крепость у «шампусика». Так, слабоалкогольная газировка.

У кассы супермаркета Ольга испуганно замерла.

Перед нею змеилась огромная очередь из людей, медленно толкающих впереди себя доверху нагруженные «горбатые» от наваленных продуктов и бутылок со спиртным, тележки.

Ольга встала в конец очереди, прижимая к себе бутылку шампанского и коробку конфет, втайне надеясь, что её, с таким небогатым ассортиментом, хоть кто-то пропустит вперед. Но народ был хмур и неприветлив. Каждый спешил побыстрее расплатиться и уехать домой, злобно позыркивая на эту «старую бабу», у которой денег хватило только на жалкий шампусик и крохотную коробченку каких-то конфеток.

Ольга улыбнулась, подумав, что ей, в принципе, спешить-то некуда, и продолжила смирно стоять в очереди.

Через час она вышла из магазина. С неба начал падать робкий снежок, который таял в воздухе, не успевая долететь до земли. Декабрьская погода не радовала ни морозами, ни теплом, температура воздуха держалась в районе ноля.

Ольга вошла в подъезд своего дома и стала торопливо подниматься по лестнице на третий этаж, думая, что уже через несколько минут она заберется под теплый плед на любимом диване и таки досмотрит давно идущий «новогодний бестселлер».

На лестничной клетке между вторым и третьим этажом, вжавшись в угол, прямо на холодном полу, сидел мальчишка. Он обхватил руками коленки и тихо то ли плакал, то ли поскуливал.