Смотрители Перекрёстков

– Теория мне понятна, – Ольга потёрла пальцем переносицу, – Осталось только узнать, что ты имел ввиду, говоря о купели, и сколько нужно в неё масла?

Настала очередь задуматься Дракону. Он скривил свой длинный рот, двумя пальцами помассировал подбородок:

– Купель? Ну что-то вот такое, – Дракон сделал круг руками очерчивая пространство вокруг себя, – А масла? Ну что бы она, – палец указал на девушку, – Погрузилась в него полностью. С головой.

– И, конечно, озаботиться этим нужно мне? – Ольга насмешливо смотрела на Дракона: – Переместить это добро сюда ты не можешь?

– Нет.

– Они могут тебе навредить? – всерьез обеспокоилась Ольга.

– Навредить? Нет, – засмеялся Дракон: – Но могут сделать так, что я буду им обязан. А этого я допустить не могу, – и тут же перешел к делу:

– Так, где мы возьмем купель?

Ольга вздохнула, набросила халат, которым не озаботилась до этого времени, и отправилась на коммунальную кухню, где на вбитом в стену крюке висела лохань, где её, еще маленькой, купала мама.

– Достаточная ёмкость для купели? – оцинкованная лохань с грохотом опустилась на пол.

Дракон кивнул:

– Подходит. Теперь идем за маслом.

– Куда – идем? – Ольга недоуменно пожала плечами: – Ночь на дворе! Магазины откроются только в восемь. Ты знаешь, сколько масла нужно купить, чтобы наполнить эту бадью? В нашем мире масло не течет из крана. Его покупают в магазине!

Дракон явно расстроился:

– Я думал, что до рассвета мы уже покинем Перекрёсток!

– До рассвета не получится, – с сожалением ответила Ольга.

– Ты сможешь сделать все сама?

– Сама – вряд ли, а вот если твоя избранница мне поможет – вдвоём, думаю, справимся, – Ольга взглянула на девушку: – Тебя как зовут?

– Настя, – голос девушки был мягким и тихим, словно журчание воды в лесном ручье.

– Я – Ольга. Можешь звать меня по имени, – Ольга ободряюще улыбнулась девушке. Потом повернулась снова к Дракону:

– Ты хочешь нас покинуть?

– Не хочу! Но должен.

– Когда ты вернешься?

– Так скоро, как только смогу, – Дракон шагнул к столу, бросил пачку купюр в банковской упаковке, буркнул: «на масло»; и, приблизившись к картине, растворился в пространстве.

На девушку он даже не взглянул.***

Глава седьмая

Ольга посмотрела в окно, за которым была все та же непроглядная ночь.