Тёмное проклятие Инкарвиля

– Да уж, ты прав, – кивнула я, – призрак из нее и вправду выйдет мерзкий.

– А давайте закроем ее в склеп к Вашим родственникам? – вошёл во вкус Канор, – Я даже найду подчиняющий ошейник. Это не смерть, но и наказание отличное за покушение на высокородную полукровку.

Глаза пленницы закатились в обмороке после услышанного, я же укоризненно взглянула на наглого призрака, тот лишь плечами пожал.

– Ну, переборщил, увлекся, бывает.

– Какая ещё полукровка? Ещё и высокородная. Совсем уже?

Я шептала тихо, чтобы женщина не услышала наших перепалок, хоть магией разума и чувствовала, что та ещё долго не придет в сознание.

– Ты чего вообще вернулся?

– Подумал, что без меня, ты, как всегда, куда-нибудь вляпаешься.

– Чего?! – ошарашенно воскликнула я.

– Ну вляпалась же. Я оказался прав.

И не поспоришь.

– Тише, кто-то идёт, – шепнул дракон, – сейчас посмотрю.

Прозрачное облако рвануло сквозь тонкую стену шатра. Я же раскинула сети ментальной магии и тоже почувствовала чужие эмоции.

– Давай, возвращай ее в нормальное состояние, – пискнул взволнованный Канор.

– Как ты себе это представляешь? Она же сразу упадет.

– Приведи ее в чувства, а уже потом размораживай.

– Но я не умею… Она же в обмороке. Я только по эмоциям и мыслям иногда… и то, не всегда получается.

– Эх, все приходится делать самому.

Дракон трансформировал одну свою лапу, придавая той плотную форму.

– Приходи в себя!

Размахнувшись, дракон влепил пощечину обледеневшей женщине. Лёд треснул в нескольких местах, но не рассыпался, что меня успокоило. Значит, удар был не сильным.

Ещё удар, уже по другой щеке и ее веки медленно стали подниматься. Но стоило неудачной убийце воззрится на висящую в воздухе драконью лапу, как сознание ее вновь покинуло.

– Да ну ее, давай так подбросим куда-нибудь? – с надеждой спросил призрак.

– А куда?

– Да на любой свободный тюфяк.

– Ладно, но как? Я не потащу ее на себе.

– Так и быть, я потащу. На руке.

Трансформированная лапа весело мне помахала.

По кивку дракона, я убрала лёд, размораживая тело женщины, и оно упало прямо в поставленную чешуйчатую лапу. Со стороны это выглядело довольно странно, но, признается честно, весело.