Родовой артефакт

Себя вне магии я не представляла! 

Академия была самым счастливым временем моей жизни: любовь, дружба и Магия! С каждым новым знанием мой дар становился сильнее, подчинялся мне легче. Иногда я ощущала себя всесильной…

- Что же случилось с вашим даром? Когда он исчез? – прервал мои нахлынувшие воспоминания лорд Александр.

- На последнем курсе. Я перенапрягла его… На практике в горах размыло плотину и нужно было задержать наводнение, чтобы люди успели спастись.

Я вновь вспомнила тот холодный серый день, когда вода была повсюду.

Дожди шли уже неделю. Вода в реке, что протекала через посёлок, где мы жили на практике, прибывала с каждым днём. Поэтому я прислушивалась к ней регулярно, предупреждая селян, живших ближе к берегу, о подтоплении. Они, убедившись в точности моих прогнозов, ворча, покидали свои дома, отгоняя скотину повыше в горы, переселяясь на время вместе с ней в пещеры.

Но всё это не требовало от меня особых усилий, и наша практика благополучно подошла бы к концу, если бы выше по течению дожди не размыли плотину. Я почувствовала, как вода превратилась в несущую смерть силу сразу, как где-то вдали рухнула дамба. У нас был где-то час, до того момента, как вал подойдет к деревне. Преподаватель отослал вестник с просьбой о помощи, меня отправил на возвышенность, а сам вместе с моими друзьями принялся организовывать эвакуацию.

Я стояла наверху и когда почувствовала приближение вала, из части воды сделала новую дамбу, не дававшую потоку смести деревню. До сих пор в кошмарах мне иногда снится эта холодная чёрная стена, несущая смерть, которую я пытаюсь удержать от падения. А она своей массой неуклонно давит и пригибает меня, и как только я упаду, неизбежно накроет всех.

Тогда, наяву, я продержалась пятнадцать минут до появления взрослых магов, и отключилась, уже зная, что помощь пришла.

- Потом меня долго лечили от магического истощения, но выяснилось, что я, как треснутый сосуд, перестала удерживать магию. Это позволяло поглощать чужие выбросы, а остатки собственной маги давали возможность видеть чужие плетения. Но это и всё.

Рассказывать о том, как разрушилась моя жизнь, я не стала. Вряд ли лорду Александру это интересно. 

Тогда я узнала, что жизнь не рушится в один день.