Родовой артефакт

Но ничего опасней ос поблизости не было, а потому я с удовольствием рассматривал узоры эмоций Глории. Сухарь братец приглушил её защитным артефактом, так что теперь мы не могли чувствовать их, но при желании рассмотреть можно. И я рассматривал. Не часто встретишь такие чистые и ясные цвета.

Вдруг Глория словно вспыхнула, и всплеск радости пробил даже наброшенную защиту. Надо же, как она наслаждается простыми жизненными радостями. То вкусному ужину, то вот теперь возможности смыть пыль. Даже любопытно, как она будет сиять от более чувственных удовольствий.

Глория Редстоун

- Забавно, как простое умывание может преобразить женщину, - сказал лорд Александр, когда мы вернулись от родника. – Вы словно помолодели, мисс Глория.

Надо же, первый раз слышу от него подобие комплимента! Наверно, я и правда выглядела хорошо. Во-всяком случае, чувствовала себя прекрасно, обновленной и энергичной. Я изо всех сил сдерживала желание смеяться и пританцовывать. Первая за долгие годы подпитка от своей стихии вызвала чувство лёгкой эйфории и я, осознавая это, пыталась держаться в рамках.

Но желание проказить трудно было сдержать, и я сладко пропела, с нежностью глядя на лорда Александра:

- Не могу поверить своим ушам! Доброе слово от вас дороже бриллианта. Надо обвести в своём календарике этот день красным!

Для усиления эффекта я глупо хихикнула, приложив руку к сердцу. Ледяной блондин слегка поморщился от моей сладости и даже, кажется, хотел попятиться, но сдержал порыв.

- Что же, я рад, что вы немного отдохнули.

Отправляемся дальше. Если поспешим, то к вечеру приедем в большое село и сможем заночевать в таверне.

Таверна это не только нормальная кровать, но и возможность помыться горячей водой. Ради этого стоило поспешить!

Не успела карете тронуться, как отдохнувшая Элида приступила к своему любимому занятию последнего времени: расспросам об Академии. Судя по её жгучему интересу к этой странице моей жизни, бежала она именно туда, в Имперскую Академию. Если бы ей удалось туда добраться, братьям бы уже не удалось так легко вернуть девушку домой.

Поступить бы ей наверняка удалось. Магический дар у неё был сильный, и хотя даргов в стенах Академии я не встречала, но по закону наше учебное заведение было открыто всем расам, и это правило строго соблюдалось.

Когда впервые девушка спросила меня не просто о вступительных экзаменах, факультетах, а о личном: «легко ли найти там друзей?», я внутренне напряглась. Думала, что вспоминать о потерянном будет больно.