Повариха

Боровичок Антонио еле сдерживался, чтобы не ринуться вперёд троллей ко дворцу, отчего смешно приплясывал при ходьбе. Батя шёл неспешно, грузно переступая ногами через ветви и корни. Солнце высоко светило над головой, пели птицы, а в глубине чащи дятел долбил клювом дуб.

— Вы слышите? — неожиданно встревожился Антонио.

— Что тебе мерещится? — хохотнул тролль.

— Я чувствую, что мои друзья в беде, — не унимался боровичок.

Батя достал из запазухи рог и потрубил в него. Дикий рёв разнёсся по всему лесу, переполошив птиц.

— Зачем вы это сделали? — недоумённо спросил Антонио. — Я думал мы тихо подкрадёмся и нападём на врага.

— Тролли не бьют в спину, — назидательно промолвил батя. — Пусть знают, что мы уже на подходе и боятся.

Тролли дружно закивали головами, поддерживая старшего. Боровичок расстроенно махнул рукой, и они двинулись дальше. Через некоторое время послышался душераздирающий крик, словно кого-то пытали. Батя нахмурился и протрубил в рог. Тролли выхватили топоры и быстрым шагом направились к просвету между деревьями, за которым виднелась дворцовая стена.

Касьян возник ниоткуда и схватил повариху за руку. Разбойник осклабился и промолвил:

— Попалась, родная моя.

Алтушка попыталась вывернуться, но Касьян держал очень крепко. Сколько времени прошло, как повариха мечтала о его объятьях, а теперь сердце наполнилось разочарованием.

— Дурак ты, Касьян, — рявкнула на разбойника Алтушка. — Проворонил своё счастье!

— Правда?! — Касьян схватил цепочку на шее поварихи и выудил на свет волшебный камень.

Алтушка вцепилась обеими руками в украшение, цепочка больно впилась в кожу. Разбойник потянул повариху за волосы, но тролльчиха была не из слабохарактерных девиц и зарядила ему коленом промеж ног. Касьян сдавленно охнул и схватился за причинное место.

Граф оглянулся, двор превратился в побоище, всё смешалось, и стражники, и беглецы, и разбойники. Он увидел тётку Малушку, которую четверо рослых мужчин в серебряных доспехах прижимали к земле. «Прекрасная женщина, последний вздох я посвящаю нашей любви», — расчувствовался Уэйнгар, перед глазами пролетели встречи с тролльчихой, мягкие ладони, вкусно пахнущие едой.

— Ну, что ты решил? Жить хочешь?

— Где противоядие? — просипел Саллидего, багровея от ярости.

— А что я получу взамен?

— Свою никчёмную жизнь.

— Жаль, — промолвил граф, закрыл глаза и со всей силой хлопнул Саллидего кулаком в лоб.