За Калинов мост

Даже банки оказались одинаковые, наверняка их купили в одном магазине. Игорь, правда, не взял масла, зато на дне рюкзака приятно шуршали большие шоколадки. Там же нашелся полный мешок соленых сухариков – Маринка не удержалась и сунула горсточку в карман: с каждой минутой есть хотелось все сильней.

Умываться в речке было холодно и неудобно. Маринка чуть не промочила сапоги, когда утопила в воде зубную щетку и пыталась ее достать. Но ей все равно нравилось жить на природе, тем более что вовсю светило солнце.

Она вернулась к костру посвежевшая и полная энтузиазма.

Ее кастрюлька была немного больше, чем у Игоря, и она решила сварить в ней кашу, а в маленькой вскипятить чай. Приготовление пищи на костре оказалось делом гораздо более сложным, чем она думала вначале. Вода или не кипела вообще, или выплескивалась через край. Из костра летел мусор, сдвигать кастрюльку было горячо – Маринка обожгла палец, перепачкалась в саже, четыре раза доливала сырую воду кружкой, потому что часть выкипела, а часть пролилась.

Провозилась она больше часа, но, вроде, гречка получилась неплохой. Только соли она положить забыла, пришлось исправлять этот недочет, когда каша стояла на углях – упревала.

– Что это ты делаешь, Огненная Ладонь? – услышала она голос проснувшегося Игоря.

– Прикинь, я готовлю еду! – рассмеялась она и повернулась к нему лицом.

Он сморщился от смеха, хотя честно хотел это скрыть.

– А почему у тебя такое странное лицо?

– Чем это оно странное? – удивилась Маринка, подошла к воде и взглянула на свое отражение.

Даже в таком скверном зеркале и то было отчетливо видно, что лицо ее покрыто черными пятнами – не иначе, она трогала его руками и оставляла хорошо заметные отпечатки сажи. Она снова рассмеялась.

Игорь поднялся и, здорово прихрамывая, подошел к костру.

– Неужели ты умеешь варить гречневую кашу? – спросил он с едва заметной улыбкой.

– Еще как. Сейчас я заварю чай, и ты ее попробуешь. Между прочим, мне бабушка тоже дала в дорогу гречку с тушенкой, так что питаться нам придется однообразно.

– У меня есть сухарики… И шоколад, – он с трудом нагнулся к своему рюкзаку и достал полотенце и зубную щетку.

– Сухарики я уже грызу. Как твоя коленка?

– Нормально.

– Ты хотел сказать «очень плохо»?

Игорь виновато улыбнулся:

– Да, примерно это я и хотел сказать. Ничего, сейчас мы позавтракаем, и я ее вылечу. Не беспокойся, к вечеру все будет хорошо.

Он ушел умываться, а Маринка осталась заваривать чай.