Пожалуй, рискну

Она неторопливо сняла верхнюю одежду и поплелась в ванную, маг, сам не зная зачем, последовал за ней. Чего он там не видел? Хвост?

А женщина начала раздеваться. Делала она это так, будто знала, что у её занятия имеются свидетели. Юлиан даже забыл о своих недавних размышлениях. Его глаза неотрывно следили за ленивыми, но от этого ещё более волнительными движениями. Вот на пол упала блузка, за ней на полу оказалось и нижнее бельё, женщина огладила ладонями своё тело и томно потянулась. И где-то там, в гостинице, сердце мага начало биться совсем в другом ритме.

Возвращение в тело было болезненным и резким. Маг задышал часто и хрипло, из носа закапала кровь.

- Что же ты за нечисть такая неправильная? – просипел Юлиан и скрежетнул зубами, почувствовав, что его организм отреагировал на увиденное и по-мужски.

Целый час магу потребовался на то, чтобы успокоиться и решиться на повторный перенос.

Теперь Юлиан надеялся, что будет намного проще. Уж за это время и ванну оборотница приняла, и в постель перебралась.

- И зачем только я снова хочу туда вернуться? Ведь понятно же, что ничего нового я не узнаю, - Юлиан недовольно выдохнул, но всё же не стал отказываться от второй попытки.

Самое обидное, что где-то на задворках сознания он даже понимал охотника, увлёкшегося такой «красоткой». Но сам бы он никогда в жизни не повторил то, что было предыдущей ночью. Даже за большие деньги, даже за браслет.

Второй раз выйти в астральное тело получилось намного проще, и теперь мага потянуло как на верёвочке к проклятой оборотнице.

А она, вопреки размышлениям мага и логике, не торопилась спать. Женщина стояла у окна в накинутом на плечи халате и о чём-то размышляла. И было что-то такое в её позе, что вызывало просто нереальное желание встать рядом, обнять, утешить…

Юлиан даже мысленную затрещину себе дал, стараясь прочистить мозги, но помогло плохо.

- Юлиан, ты зря оказался на моём пути, - произнесла вдруг женщина, и маг в ужасе дёрнулся, думая, что его присутствие разоблачили. Но охотница прижалась лбом к стеклу, вздохнула и пожаловалась в темноту ночи:

- Как же, оказывается, это неприятно, увлечься больше, чем на одну ночь.