Пожалуй, рискну

***

- Когда же я на нормальную дорогу попаду? – Юлиан зло потёр лоб, по которому его хлестнула не замеченная в темноте мокрая ветка.

Маг понимал, что так быстро охотников ему не нагнать, но всё же надеялся, что сегодняшняя ночь будет последней в выматывающей гонке.

Решив дать коню отдых, маг и сам начал приводить себя в порядок. Снова был задействован накопитель, и за съестными припасами Юлиан тоже потянулся.

- Разберусь с личными проблемами – никогда больше дальше собственного дома не сдвинусь, - пообещал себе вольный, разминая уставшие мышцы и просушивая магией намокший от дождя плащ.

Юлиан привалился к дереву и прикрыл глаза. Раз он вознамерился отдохнуть, то можно и вздремнуть вполглаза. Большего себе позволить маг не мог. Всё-таки лес – не такое уж и спокойное место, чтобы вот так запросто в нём спать. На защиту же тратиться было жалко. И так каждая кроха магии на счету, ведь приходилось её расходовать не только на поддержание собственных сил, а и лошадку подпитывать.

Так хотелось спать, что вольный не заметил сам, как начал сползать на землю.

Где-то невдалеке хрустнула ветка, конь настороженно всхрапнул, и Юлиан тут же раскрыл глаза, выравниваясь. Хруст повторился ещё ближе, и теперь у мага не возникло сомнений в том, что его отдых закончился. Любые шумные гости в ночном лесу ничего хорошего не предвещали.

Прислушавшись как следует, Юлиан понял, что такой шум может создать лишь большое животное.

- Только лося мне здесь и не хватало, - маг почему-то решил, что именно сохатый стал его гостем. В период гона эти лесные великаны частенько вели себя неадекватно, поэтому лучше было убраться с лесной тропы, рядом с которой и устроился на отдых маг.

Юлиан встал, взял коня за повод и осторожно повёл его прочь. Отойдя на сотню метров вглубь, маг замер, давая возможность лесному полуночнику пройти по своим делам.

- Бринет, надо остановиться, кони устали, - совершенно неожиданно раздался в ночной тишине человеческий голос.

Даже нескольких слов Юлиану хватило, чтобы узнать говорившего.

- И впрямь лось! Да такому зверю я рога поотшибаю с превеликим удовольствием! – зло прошипел Юлиан.

В его душе вновь закипела ревность, и он только усилием воли заставил себя устоять на месте. Обнаруживать своё присутствие было глупо.