Кровавая Ведьма

— Угу, — невесело хмыкнула я. — С моей-то везучестью!

И вот тут крыть Волку нечем. Единственное, что было в его силах — это осмотреть корабль на предмет других столь же оригинальных находок или повреждений, что он и обещал сделать. И не просто пообещал — исполнил тут же, оставив меня в каюте одну!

И вот так началась самая скучная неделя в моей жизни...

Казалось, преодолеть разлив — больше двух дней не надобно. Но на проверку маг-погодник оказался очень стар, да и от природы слаб, и потому корабль шел, едва шевеля с трудом надутыми парусами.

И всё равно, тоскливо было, хоть в петлю лезть!

Я, конечно, тоже попробовала по кораблю полазить, но моё явление на палубе всказались однозначно, как и сам капитан перед отплытием. Нет, за борт меня, конечно, никто скинуть не решился, но сколько я замечаний в спину наслушалась, да плевков под ноги увидала! С одной корабельной крысой чуть не сцепились даже, благо Волк вовремя разогнал.

А самому капитану, кажись, и дела не было до того, что у него под носом творилось. От того я и решила лучше из каюты не выходить, коротая время с Лили за разговорами, да в карты играя. Но и тут меня ждала неудача — без связи с землей и лесом, фея очень скоро начала слабеть и чахнуть, не помогали даже заранее собранные цветы. И пришлось мне, по итогу, запечатать её в ларце, буквально остановив в ней жизнь на время.

Не по душе мне было такое решение, но подобное нам испытать уже довелось во время далеких путешествий до Толии. И теперича, без моей верной подруги вечерами становилось совсем тоскливо. Днем я еще худо-бедно справлялась, сбегая в грузовой трюм, туда, где стояли лошади, и Шетан в их числе. Местный матросик, у которого на его коротком веку уже все зубы до пеньков сгнили, оказался на редкость неразговорчивым на другие темы, но страсть как любил про коней сказывать.

Там я время и коротала.

Что до остального, Волк вроде как решил избегать моего общества, слоняясь днями где-то по кораблю, возвращаясь только к ночи. Однако вскоре я уже была рада и ему.

И вот аккурат в один из таких вечеров малость любопытный разговор и состоялся.

Я, по обыкновению, лежала в гамаке, свесив одну ногу, и глядела в порядком обветшалый потолок.