Кровавая Ведьма

Увидеть подобное ей довелось впервые!

— Ага, это я помню, — задумчиво почесала нос, уж не став ко всему припоминать колоритную внешность магов, которая итак красноречиво говорила о сути каждого из них. Как и повадки! — А призрак этот за спиной, что тогда? У других я такого не видела.

— И не увидишь, — разочаровал меня Волк. — Силуэт дракона в цвете был? Яркий?

— В цвете, большой, как настоящий, — покивала я, отчитываясь. — Я хоть и далеко стояла, но видно было отлично. Правда, почему-то только мне. Прохожие будто и не замечали вовсе.

— Для простых людей наша истинная суть не видна. То, что ты видела, означает, что Дрейк ближе всех к приобретению своей изначальной формы.

— О, как, — невольно задумалась я, подбирая под себя ноги. Так сидеть было гораздо удобнее, да и сумка не бедро не давила. — И когда эта форма проявится, над Ансгаром, что, настоящий Бронзовый Дракон летать будет?

— Именно так, — не стал отрицать маг. — Но когда этот момент настанет, выражаясь твоими словами — одним богам известно.

— Странные вы, всё ж, — не выдержав, фыркнула я. — Всё у вас, не как у людей!

— Мы никогда не были обычными людьми. С той минуты, как в каждом из нас проявился дух зверя, женщинам, что нас родили, мы уже не принадлежали. Семьей стали друг другу, учителями — старые маги, а смыслом жизни — империя. Ради нее мы родились, и ради нее должны умереть.

— Да уж, — невольно скорчилась я.

Вот зачем только напомнил?

Хотя, чего уж там, и я хороша — сама ж с расспросами полезла.

А маг, меж тем, не прерывая спокойно выстругивать что-то на деревяшке, вдруг спросил вроде как равнодушно, но... вкрадчиво так. Многообещающе!

— А теперь скажи-ка, Доминика... У кого это, у других?

И тут я язык-то прикусила.

Нужно осторожнее в выражениях быть, Доминика! Если его разговорить пытаешься, это не значит, что своё сокровенное надо сболтнуть!

И я невольно насупилась, смущенно почесывая нос:

— У всех других.

Да, вру, Белого Ирбиса видала. Но то было в магическом сне, причем на него наведенном. И каким там объявиться, только он сам и решал! Кто знает, может он и с внешностью своей меня за нос водил, и выглядит он сейчас совсем как прежде. Что уж про его внутреннего хищника-то говорить?

Тон Волка вдруг смягчился.