Кровавая Ведьма

Разве что ларец поближе подвинула — мне-то всё равно, где спать, а вот куколка моя любила комфорт.

Ларчик этот, большой, белый, лакированный, с расписной крышкой и поталью по углам, как раз вместе с ней продавался. И я всегда его с собой таскала, не в силах отказать помощнице: она в нем и спала, и отдыхала, а временами и пряталась, бездушной игрушкой притворяясь. Место в нем хватало, чтобы ей в полный рост вытянуться, а подушечку с одеялком я ей позже сама пошила.

Выглядело это очень мило, хоть и диковато смотрелось посреди походного лагеря.

— На вот, а то не уснешь, — сунув мне крошечную чашечку, едва ли больше наперстка, исходящую паром, пробурчала фея, и полезла устраиваться на ночь.

Снадобье я выпила без лишних разговоров, не став даже разбираться, чего она там накуховарила. И заснула, кажется, быстрее, чем успела об этом подумать.

А вот просыпалась уже резко, как от толчка, не сразу поняв, что меня разбудило. То ли звук какой-то издалека почудился, то ли еще что...

Я даже оглянулась, приподнимаясь на локтях, мало что соображая.

Вокруг вроде мирно всё было: костер едва тлел, лес монотонно шумел, на небе сверкали далекие звезды. Лили тихонько сопела в своем ларчике, а по другую сторону кострища спокойно спал имперский маг. Да так крепко и тихо спал, будто и неживой вовсе!

Я даже прищурилась, пытаясь в полумраке различить, вздымается его грудь, аль взаправду помер. Но нет, всё в порядке. Что же тогда меня тревожило? Неужели помощница моя снова чего-то не того в отвар сыпанула? С цветами лаванды перестаралась или еще чем.

Говорила же, внимательнее быть нужно!

Ворча и ругая феечку, я-таки улеглась снова, кутаясь с головой в плащ. Но едва глаза прикрыть не успела, как снова раздался он. Настоящий волчий вой!

Еще далекий, но очень уж отчетливый.

И тут я как-то сразу вспоминала, почему давно взяла за правило никогда не оставаться в лесу после захода солнца!

Остатки сна как рукой сняло.

Я села, прижимая коленки к груди, кутаясь в плащ и боязливо оглядываясь.

Можно сколько угодно уповать на собственные силы, магию и бесстрашие.

Можно хорохориться и делать вид, что всё в порядке. Можно и вовсе, назло всем и самой себе упрямо идти вперед... Да только всё одно — детские страхи так просто никуда не деваются!

А вой меж тем становился только ближе. И не один он был, в ночной тишине стало слышно, как разделялись звериные голоса на разные переливы и оттенки. Где-то в темном лесу вокруг нас блуждала голодная стая.

Не выдержав, я всё ж поднялась на ноги.