Кровавая Ведьма

Гнев, как появился, так же резко сошел на нет и когда мужчина позади меня спокойно уточнил:

— На кладбище?

Я тихонько выдохнула согласие в ответ. Как будто у нас есть выбор, в самом-то деле!

— Уверена? — только и уточнил имперский маг, ненавязчиво отбирая у меня поводья.

Я лишь поежилась, сунув руки в карманы. Пока мы языками чесали, день не только сменился вечером, но и погода переменилась, нагнав холодным ветром первые косматые тучи.

— Едем. Хотелось бы успеть до грозы.

Смысла откладывать никто из нас не видел, и Волк уверенно тронул пятками конские бока.

Кому-то, как Делиссе, в наследство от всех мужей достается золото, власть и шикарные особняки. А мне, увы, интриги и тайны имперского двора. И я до сих пор не знаю, что с этим богатством делать!

И только один раз за всю дорогу, где-то ближе к окраине города, когда вдали уже замаячили массивные, позеленевшие ворота городского кладбища, я рискнула спросить, едва обернувшись:

— Как думаешь, что нас там ждет?

— Честно? — маг выглядел, как по мне, уж слишком хмурым и сосредоточенным.

— Да ладно, — каюсь, я вздохнула. И небольшая обида на него, вырвалась тяжелыми словами. — После ведьмы этой, что вроде как родственница, хуже быть не может.

— Ник, мне жаль.

— Не надо, — видеть не видела, но чувствовала себя, как нахохлившийся воробей. — Понимаю, что ты не виноват. И что стервь она еще та. Черноротая! Я не на тебя злюсь. А на нее.

— Я понимаю, — на мгновение моей шеи коснулись горячие мужские губы. Скорее мимолетно, чем осязаемо, а все равно, тепло вдруг стало так. И участившиеся порывы ветра даже больше не морозили. — И всё равно чувствую себя виноватым. Если бы этого разговора можно было избежать, я бы это сделал. Но Делисса хотела видеть тебя.

— Да не меня она видеть хотела, а бабушку. Удостовериться хотела, что у той жизнь не удалась, — фыркнула я невольно, потихоньку оглядываясь вокруг.

Домов в этой части города не было, а если что попадалось из строений, то были скорее жалкие лачуги, и все сплошь с заколоченными окнами и покосившимися заборами. Неудивительно — рядом с погостом-то, небось, добровольно жить не хотел никто. Пусто здесь, даже собак бродячих не видно и не слышно.