Кровавая Ведьма

— Чай, не ножками!

И тут я увидела его — второго домового. На тетушку Прусью он был похож разве что ростом, а в остальном был полной ее противоположностью. Рубаха черная, пыльная, латанные-перелатанные штаны, еще и босой, к тому же. Глазища зеленым горят, как у настоящей нечисти, седые волосы клоками стоят, брови кустистые. Но мне было не страшно.

Его я тоже знала, как себя!

— Поверить не могу, — не понимая, зачем, попыталась встать, но осталась там же, где сидела, переводя шокированный взгляд с одного домового на другую.

— Я же вас... отпустила.

— Отпустить-то отпустила, — так же ворчливо, как и девять лет назад, откликнулся недовольный дядюшка Кузьмар, складывая сухие руки на впалой груди. — Да не подумала, ведьма эдакая, куда нам пойти!

— А ты на нее не серчай, — вся такая мягкая и румяная, домовиха грозно сдвинула бровки. — Чай не помнишь, как тяжко девке пришлось? Спасибо скажи, что отпустила, а не оставила в услужении не знамо у кого! Век бы маялись.

Кажется, у меня всерьез закружилась голова. Я ничего не понимала!

— Так, девка, дыши давай, — не смотря на строгий выговор, меня поддержали сухие ручки ворчливого домового.

— Чай не барышня кисейная, обмороки устраивать! А ты чего стоишь, юродивый, не видишь, побледнела девка? Свалится нынче же, да разобьет дурную головеху!

Это, кажется, он на Волка рычал.

— Я те дам, дурную, — пригрозила ему домовиха пухлым кулачком. — Аль забыл, с кем разговариваешь?

В обморок я всё же сползла, правда, уже на руках успевшего меня подхватить Волка.

Маленькие явления из моего прошлого, совсем уже не призрачные, стали болезненным откровением, к которому я оказалась совершенно не готова.

Я думала, что давно оборвала все связи с собственной деревней, и никогда туда не возвращалась. Ни разу за все девять лет. А тут такое!

В себя приходила уже в кровати, мягкой и совершенно незнакомой. Высоко над головой виднелся балдахин, белый, как свежий выпавший снег. Белыми же были витые столбики, изголовье, постельное белье, подушки, большой пушистый ковер..

. И даже стены! Только деревянные панели оказались темными, а всё остальное — белое, отделанное мягким серебром.

— Пришлось занять комнату Ирбиса, — едва заметив, что я в сознании, и правильно расшифровав мой непонимающий взгляд, негромко усмехнулся сидящий на краю огромной постели Волк. — Гостевые спальни в наших особняках не предусмотрены.

— А-а-а... — неуверенно протянула, робко оглядываясь по сторонам, чувствуя, как медленно подрагивают собственные пальцы. — Мне...