Дракон вредный, подвид мстительный

Дорина, Миоль, Валетта, Пенелопа и Флавия сидели в гостиной, на большом новеньком диване и смотрели недобро.

Едва я переступила порог, атмосфера в гостиной стала ну очень неприятной, словно грозовая туча повисла под потолком.

Я не растерялась, но внутренне сжалась и остановилась у самой двери. Закрыла её, вздохнула, опять повернулась к девчонкам, и… Тишина.

Мы молчали минут пять, а потом Валетта не выдержала:

– Ты понимаешь, насколько это нечестно?

Она даже по имени меня не назвала. Будто я ноль. Пустое место, у которого и имени-то нет.

– Мы все достойно прошли испытания, а ты прохлаждалась неизвестно где, – Флавия прищурилась.

– Это произвол! – вынесла вердикт Пенелопа.

– Не будь милорд Рагар воплощённым драконом, с этой их великой особенной любовью, я бы решила, что у вас с ним шуры-муры, – добавила Миоль.

Мои щёки не просто порозовели, а вспыхнули. Что вообще за выдумка? Я порядочная девушка!

Но вслух сказала:

– Тогда уж с лордом Эрвином, он же теперь директор.

Ирония была настолько очевидной, что девчонки приняли за издевательство.

– Она ещё и огрызается, – буркнула массивная Дорина.

Я снова вздохнула и сказала примирительно, уже без шуток:

– Для меня зачисление в Высшую Военную школу – такая же неожиданность, как и для вас.

Сокурсницы переглянулись, и…

– В таком случае, тебе следовало отказаться, – заявила Миоль. – Для восстановления справедливости!

Хм… Интересное решение. Может Миоль и права, но у меня даже мысли не возникло. Возможно потому, что я знаю, чем именно занималась пока остальные бежали дистанцию.

Кстати, может и милорд Рагар об истинных причинах моего «провала» узнал? Выяснил подробности и решил, что преодоление древнего лабиринта показательней обычной пробежки?

Впрочем, здесь и сейчас значения это опять-таки не имело.

– Отказаться после визита королевы? – указала на важный факт я.

Все поняли. Ведь её величество приезжала к каждой из нас, а с королевскими особами не спорят.

Клянусь, никто из присутствующих перечить леди Мелиссе не решился бы, для всех моя позиция была адекватна! Но Миоль всё равно поморщилась:

– Ты могла честно сказать леди Мелисе, что произошла ошибка.

Миоль вздёрнула подбородок, тряхнула белокурыми волосами, и меня всё-таки задело. Я точно знала, что права. По-хорошему испытаний в лабиринте хватало на три зачисления, но иголка чужого яда в моё сердце всё же вошла.

Всего миг, но стало жуть как больно и неприятно.