Магистерия

И все произошедшее выглядело настолько абсурдно и глупо! Просто квинтэссенция всеобщей тупости. Эталон идиотизма.

Но хватит раскисать, надо брать себя в руки. Окончательно разобраться в ситуации, достойно отомстить ревнивым огневичкам, а после этого со спокойной совестью продолжить учебу, не отвлекаясь на посторонних. Слухи, сплетни… пускай говорят что хотят, лишь бы не трогали! Меня это не касается. А те, кому я действительно нужна, останутся со мной, не смотря ни на что. А если нет, то еще вопрос, нужны ли мне такие люди рядом.

* * *

У целителей я провалялась еще целые сутки, практически все время проспав под действием восстанавливающих зелий. Зато вечером второго выходного дня проснулась бодрой и отдохнувшей. Я смутно помнила, что ко мне по очереди приходили Ирма, Крис и Тед, но о чем мы говорили, оставалось загадкой. Поскольку я представляла собой картину «Полуразумный овощ в спячке», не думаю, что кто-то из них на самом деле пытался сообщить мне нечто важное. Но проверить стоит.

Дежурный целитель осмотрел меня, сохранил показатели и выгнал, проворчав, что здоровым тут не место.

И я с радостью покинула эти гостеприимные стены, с удовольствием вдыхая свежий вечерний воздух.

Теперь надо было определиться, что делать. На ужин я не собиралась — целители накормили меня перед выпиской — поэтому единственным моим желанием было помыться. Хотя физически я была чистой, но мне хотелось смыть дурные воспоминания и эмоции, прополоскать мысли. И моя ванна была бы идеальным местом, если бы не одно «но».

Я боялась.

Не хотела возвращаться в общежитие, полное злобных высокомерных засранцев и их самоуверенных, наглых и жестоких подружек. Я скрипнула зубами, понимая, что не права, но ничего поделать не могла. Злость и обида прорывались сквозь мысленные барьеры.

Я постаралась успокоиться, сделала несколько глубоких вдохов и подумала, что стоит сходить на реку. Живая вода точно поможет прийти в себя и набраться сил и смелости, которые мне очень скоро понадобятся.

Так что я развернулась спиной к главному корпусу и быстрым шагом направилась к выходу из Магистерии.

Хотелось как можно скорее оказаться на берегу, подальше от людей. Повсюду слышались смех и веселье: адепты отдыхали, радуясь свободе и выходным. А может, у них были и другие причины.

Я же шла и не замечала, что по щекам текут слезы. А в голове все крутились слова, сказанные наставницей перед смертью: «Гелечка, это важно. Запомни: если ты хочешь жить без боли, научись никогда никому ничего не рассказывать.