Вороны вещают о смерти

Я знала Бушуя с детства, ещё с тех времён, когда отец приглашал молодого мастера подковать лошадей или заказывал у него инструменты. С тех пор в бороде его проступила седина и раздалась талия. Кузнец слыл немногословным, но работящим и ответственным, и за это селяне уважали его.

– Знаю, кузнец, – откликнулась я. – Но чем ждать и ничего не делать, лучше попытаться.

Зоряна наконец медленно, отрешенно кивнула. Поманила одной рукой, а другой крепко сжимала крохотную ручку сына, будто боялась, что стоит отпустить – он ускользнет от нее.

Бледную кожу мальчика покрывала испарина. Светлые, не стриженные ещё волосы взмокли и прилипли к шее. Я прикоснулась ко лбу – горячий. Мальчика била мелкая дрожь, он тяжело дышал и едва мог приоткрыть ненадолго мутные глаза.

– То жар у него, то холодный весь лежит, – хрипло пробормотала Зоряна. – Спать стал подолгу и почти не просыпается, а когда проснется, ничего не понимает. А ночью сегодня как затрясся – будто дух в него вселился! Мы сразу зажгли чертополох, но куда уж там…

Ее подбородок задрожал, уголки рта поползли вниз, и она поспешно отвела взгляд.

– Я уже не знаю, что делать, Огниша! Если придумаешь, как быть – помоги, век благодарить буду! А то ведь и волхва нет, и ни одной знахарки в селе. Последняя знающая бабка померла года три назад. Будто проклятие какое над нами, будто специально кто-то задумал, чтобы болели люди и никто им помочь не мог! Нет-нет, да и поверишь, что Лихо на жителей обозлился и извести всех нас хочет.

– Попробую, – прошептала я внезапно севшим голосом. Обошла лавку и сжала плечо сестрицы на прощание.

Когда уходила, чувствовала затылком колючие взгляды родни мальчика. Наверно, думали про себя, что зря девчонка дала ложную надежду опечаленной матери. Я и сама уже так думала. С чего вдруг решила, что смогу? Может, про травы я и знала кое-что, но для исцеления волхв вместе с отварами использовал и Слово.

Мучаясь сомнениями и вопросами, я побрела к Чернолесу. Оглянулась, прежде чем зайти – не видит ли кто? Все же матушка в этом была права: нельзя просто бродить по опасному лесу, когда вздумается.

Лес встретил извечным полумраком. Он полнился шорохами, скрипами и криками птиц. Корявые ветви сомкнулись за спиной, словно объятия старой ведьмы.