Закодированная месть

Включив электрочайник, деловито загудевший, Панкратов наложил в вазочку айвового варенья. Его холостяцкая конура, не знавшая прежде женской руки, с появлением Жанны как-то незаметно преобразилась. На кухне появился чайный сервиз с мельхиоровыми ложечками и вазочками из синего стекла, куда обычно Жанна накладывала варенье. Собственно, и варенье было тоже ее, и надо признать, варила она его отменно, добавляя в качестве ингредиентов растертые орешки и мелко нарезанную кожуру лимона, отчего оно приобретало особую пикантность.

Стол, прежде привычно заставленный немытой посудой, резал взгляд операционной чистотой. Отыскать на нем хлебную крошку не сумел бы даже изголодавшийся таракан.

Подле барной стойки лежал вчетверо сложенный передник.

В прихожей подле двери теперь висели женское пальто и малиновая куртка, а в его спальной комнате, где женщины были всего-то транзитные пассажиры, теперь на полках шкафа можно было натолкнуться на прозрачную комбинацию, а то и вовсе на кружевные женские трусики.

Была еще пара туфель, скромно поставленных в самом углу, и мохнатые тапочки в виде симпатичных зайчиков, но самое главное – с ее появлением в душе установился желанный покой. Не сказать, что он приобрел внутреннюю гармонию, за которой просто не существовало совершенства, просто в какой-то момент Никодим поймал себя на том, что ему приятно ощущать рядом с собой ее пылкое тело. Теперь он был почти семейным человеком, не нужно было шляться вечерами по кабакам, чтобы снять понравившуюся девчонку, то, зачем он охотился, находилось на расстоянии вытянутой руки.

Так что можно было сказать, что у него шло все своим чередом. Никодим успокоился и, кажется, вполне был доволен своим нынешним состоянием.

Из ванной комнаты выскочила Жанна. Стремительная, дерзкая, с умеренным макияжем на чуточку полноватом лице, что невероятно подходило к ее крепко сбитой фигуре. Эдакая амазонка, вставшая на тропу войны. Вот только вместо походов в Азию ее ждал обменный пункт на Дмитровском шоссе, где она была старшим кассиром.

– Так мы идем?

– Ты не выпьешь кофе? – удивился Никодим.

– Попью на работе. Боюсь опоздать. Ты же знаешь, у нас с этим строго.