Закодированная месть

– Неужели ты так хорошо зарабатываешь?

Книжка, лежащая на журнальном столике, была давно позабыта, впрочем, как и ее герои, спрятавшиеся под пестрой броской обложкой.

Никодим неопределенно пожал плечами:

– Просто подвалила небольшая халтурка. Решил, чего отказываться от денег. Ты же знаешь, что я неплохой программист.

– Во всяком случае, в компьютерах ты разбираешься хорошо.

– Мне нередко поступают подобные заказы.

У Жанны было еще одно хорошее качество: едва она оказывалась под одеялом, так тотчас избавлялась от всех покровов, даже таких легких и прозрачных, как ночная рубашка.

Юркнув под одеяло, Никодим слегка обжегся о ее атласную кожу, но отодвигаться не стал.

– Может, ты завтра немного опоздаешь на работу? – с надеждой спросил Никодим.

– Что ты! – округлились девичьи глаза. – У нас ведь с этим очень строго. – Ты лучше проводи меня до работы. – Невесомая девичья рука сначала слегка скользнула по его бедру, а потом медленно поползла по груди, остановившись у самой шеи.

– Хорошо, я так и сделаю, – произнес Никодим, подминая под себя тонкое податливое девичье тело. В какой-то момент ему подумалось о том, что ее кости не выдержат столь откровенного насилия. Но нет – под ним было крепкое и сильное женское тело, жаждущее страстной любви.

Глаза девушки закрылись, она как-то разом вся изменилась, издав тихий стон, и Никодим поцеловал ее прямо в разомкнувшиеся губы.

Глава 3

Ограбление, или Полиция сейчас подъедет

Утром Никодима разбудил тревожный звонок, какой может быть только в полшестого утра. Впрочем, все звонки, раздающиеся раньше восьми часов, чаще всего как раз и бывают именно таковыми. Нужно иметь чрезвычайные обстоятельства или весомую наглость, чтобы выдернуть человека из теплой постели в несусветную рань.

Прислушавшись, Никодим осознал, что звучит мобильный телефон Жанны, бесстыже раскинувшейся поверх скомканных простыней и слегка посапывавшей через полуоткрытый рот. Она принадлежала к тому сообществу девушек, которых не портили ни смазанный макияж, ни сопение, переходящее в небольшой храп, ни разбросанные по постели ноги (по мнению Никодима, последние только украшали ее природную красоту).