Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

- Ладно! Жди меня! Я скоро! Я выскочила из ее шатра и горной козочкой понеслась к своей палатке. Навстречу мне уже шел император. Он был в черных зауженных брюках и черной же рубашке, которая ему тоже очень шла. В руке, перекинув через плечо, он нес свой камзол, которым вчера меня укрывал. Вспомнив это, я вспомнила и его запах, отчего по моей коже пробежали мурашки.

- Гелия, это вы так меня встречаете? – улыбнулся он.

- Простите! Но нет. Я за расческой бегу. У девушек, похоже, проблемы с утренним туалетом, без горничных не могут справиться, – как бы извиняясь за них, смущенно улыбнулась я.

- Но ведь у вас их не было? – Испытующий взгляд императора снова прошелся по моей фигуре, словно поглаживая.

- Ну, я это я, – ответила я невпопад, но, похоже, мужчина подумал о чем-то своем, так как кивнул и добавил.

- Я тоже так думаю. Ну что ж, думаю, к завтраку девушки задержатся. Придется подождать. И, коротко мне, поклонившись, направился к своему шатру.

Взяв из палатки массажную расческу, я также бегом вернулась назад. Лагерь в этот ранний час уже жил своей жизнью, а над четырьмя кострами вился дымок, разнося по округе просто дивные ароматы.

Довольно быстро и практически безболезненно прочесав спутанные волосы Алексены, я предложила ей на выбор оставить их распущенными или заплести в косу. Девушка выбрала второе, заявив, что моя коса ей тогда очень понравилась.

Оглядев себя в небольшое зеркало, Алексена осталась очень довольна результатом. И тогда мы решили с ней отправиться спасать Резетту, справедливо предположив, что та сейчас находится в таком же затруднительном положении. И, собственно, оказались правы.

Резетта тоже непонятно чего ожидала в расстегнутом платье и тоже с колтуном на голове. Более того, она уже успела и пореветь, так что сидела, всхлипывая и вытирая подолом юбки уже и так изрядно припухший нос, и покрасневшие глаза.

Попросив Алексену принести немного прохладной воды, я занялась приведением в порядок и этой горе принцессы. Минут через пятнадцать мы втроем, наконец, явились к завтраку. Поприветствовав книксеном императора, принцессы зардевшись, уселись на свои стулья. Ожидаемо, еще два места пустовали.