Время жизни

Как понять, что ты чувствует к ментальщику? И самое важное, что эти чувства твои, а не навязанные? Подумала, холодея. Где эта грань осознанности, оберегающее твое хрупкое «Я»?

Ответа не было, но появился закономерный вопрос. Когда ментальщику надоест играть в благородство, и он просто чуть подправит чужие эмоции? Даже неосознанно, просто транслируя свой интерес. Напряженно застыла, еще больше холодея от подобных размышлений.

Сильные руки опустились на плечи, и я ощутимо вздрогнула от удивления.

— Не надо надумывать то, чего нет! — мягко сказал невидимый, стоящий позади Ястреб.

Его руки уверенно, но весьма целомудренно, обнимали мои плечи. И только сильные, горячие пальцы одной из рук, нежно поглаживали шею выше ворота футболки. Опять снимает эмоции, невольно подумала, оценивая прикосновения.

— Аня, не надо делать из меня чудовище! — с усмешкой продолжил он, все также стоя позади. — Мне совершенно ни к чему навязывать интерес. Не настолько не уверен в себе!

И чуть притянул назад, к себе, погладив по волосам, снова заставив вздохнуть.

— Просто попробуй не думать о плохом. Хоть немного! — все также с усмешкой продолжил ментальщик.

Руки мягко покинули мои плечи, и он ушел. А я осталась сидеть в полной тишине пустого дома с внезапной пустотой внутри. Мыслей больше не было, да и думать не хотелось.

***

А потом я внезапно вспомнила, что со всеми этими переживаниями и откровениями ментальщика совершенно забыла об остальном. И даже не позвонила вчера Ане, чтобы уточнить как у них дела.

И не узнала, как сходила Маша на свою встречу. Подумала, бросаясь к телефону, оставленному в спальне. О, пропущенный от Маши прямо с утра. Наверно, не терпится поделиться вчерашними впечатлениями.

— Ты не поверишь! Не поверишь, что вчера было! — возбужденно прокричала в трубку Маша, едва приняв вызов.

Я даже поздороваться не успела, она тут же продолжила.

— Представляешь, пришел Сухов! — торжественно закончила она.

— Серьезно? — ответила ей, на самом деле не удивившись.

— Вообще, сначала появился огромный букет роз и скрытый за ним мужчина, — смеясь, ответила Маша. — А потом, представляешь, розы отодвигаются и остается Сухов, — засмеялась она.

Не удержалась, рассмеявшись в ответ. Уж очень эмоционально у Маши получилось.

— А дальше? — с любопытством спросила.

— Если оставить все промежуточное и перейти к итогам,- усмехнувшись, отозвалась Маша. — Он признался, что я давно ему нравлюсь.