Время жизни

Вполне осознанно, чувствуя его потребность в участии, сама легко погладила его по щеке. Он нежно прижался к моей руке, замирая, а после, легко прикоснувшись горячими губами к ладони, отпустил.

— Все наладится, — мягко произнес, другой рукой поглаживая мои ноги в плотных джинсах, словно ему необходимо ко мне прикасаться.

— И я могу тебе помочь. Именно я! — спокойно продолжил, аккуратно взяв за подбородок, заставляя посмотреть ему прямо в глаза. — Помочь по всем. Даже с твоими психологическими заморочками, — сказал, постучав пальцем по моему виску.

— Отбросить прошлое. Обрести веру и надежду. Идти дальше, — проговорил, заглядывая в мои глаза, словно пытался там что-то увидеть. — Надеюсь, ты это понимаешь? — мягко закончил.

И снова усилил объятия, притягивая. Почувствовала себя словно в тисках, впечатанная в сильное, натренированное тело.

— Ты такая милая, такая естественная во всем. Разве можно устоять? — продолжая крепко прижимать к себе, с усмешкой произнес Ястреб.

Невольно испугалась его напора, сердце тревожно забилось.

— Тебе не хватает позитивных эмоций, — словно размышляя в слух, продолжил.

Круговыми движениями, настойчиво поглаживая центр моей, снова перехваченной, ладони. От его прикосновений почувствовала себя неуютно. А он усмехнулся, заметив мою реакцию, но перестал.

— Завтра открытие выставки современных художников. И мы пойдем, тебе будет интересно, — произнес отстраненно, погрузившись в размышления.

Принял решение он, и погрузился в задумчивость.

Напряженно застыла, ожидая, когда меня, наконец, выпустят из цепких объятий. Он и правда чуть отстранился, и поднимаясь, произнес:

— Тебе многое надо обдумать...

И оставил одну, ушел. Бездумно уставилась в мелькание картинок на экране телевизора. И думать совершенно не хотелось. Странная пустота поселилась внутри.

Откинувшись на спинку дивана прикрыла глаза, пытаясь унять царящее внутри смятение.

Что мне со всем этим делать? Разве можно отказать ментальщику? Была единственная мысль. Как я могла так вляпаться?

***

Информация оказалась слишком ошеломляющей. Некоторое время сидела, бездумно уставившись на экран телевизора, не в состоянии оценить, что там показывают.

А после измученно откинулась на спинку дивана, прикрывая глаза, погрузившись в отрешающую темноту. Внутри царил полный хаос.