Время жизни

Стояла на брошенных внавалку глыбах голубого льда, тянувшихся, куда не кинь взор — от горизонта до горизонта. Только лед, и больше ничего.

А я стояла, не зная, куда ступить и куда идти в этой картине безысходности. Лед дышал холодом, ветер теребил мои волосы, а я замерзала, не понимая, что делать дальше.

Проснулась в холодном поту с заходящимся сердцем. И долго не могла уснуть, переживая живое и жуткое видение.

Фонари за окном отбрасывали яркие полоски света по комнате, изменяя темное пространство, превращая в иное измерение.

Такие яркие сны мне виделись редко, так и не смогла привыкнуть к их пугающей реальности. Как не печально, смогла уснуть только под утро, и скоро надо было вставать.

На работе снова прокралась через вход со стороны стоянки.

Каково же было мое удивление, когда наткнулась на ожидающего меня Романа Сухова. Товарища Сухова, как называем его в наших разговорах с Машей. Единственной, с кем мне удалось сблизиться на этой работе.

Роман возглавляет отдел айти-разработок.

Увидев Сухова, дожидающегося меня в коридоре, я удивленно притормозила. Уверена выражение моего лица в полной мере отобразило весь спектр эмоций.

Просто он не был, как обычно, спокойный и уверенный. А какой-то серьезный и злой, каким мне видеть его еще не приходилось. Непонятно, с чего бы? И причем тут я?

— С каких пор Волков интересуется твоими приходами и уходами в офис? — возмущенно, с места в карьер, спросил он, глядя на меня снизу вверх.

Сухов у нас с Машей в любимчиках. Так сложилось, что дружно считаем его милым, похожим на этакого медвежонка. Всегда спокойный, надежный, уверенный. Приятно общаться!

И если у меня он просто вызывал умиление, то Маше реально нравился. Она сама призналась. Я даже помышляла их свести в своих в голубых мечтах, уж очень у Маши неудачный брак.

Роман внешне непримечательный. Небольшого роста, ниже меня примерно на голову. У него крепкая фигура, темные, с проседью на висках волосы, и карие глаза.

Возраст и семейное положение для нас остались тайной. Лично я, не решилась расспрашивать, опасаясь, что мой интерес будет истолкован превратно. Слухи еще поползут.