Время жизни

Когда впереди полная темнота, незачем туда смотреть.

Ощущала себя дописанной книгой, оставшейся забыто стоять на полке, выпав из водоворота жизни. Эта история уже рассказана, и мне остается следить за историями других. Только так ощущая сопричастность с реальностью.

Без надежды мир превращается в статичную черно-белую картинку. Остается только здесь и сейчас, ведь даже назад оглянуться не могу.

Но есть проблемы, которые придется решать, а значит, надо идти дальше. Подумала, медленно выбираясь из кровати под лучами яркого солнца.

А из таких вопрос работы — тут жду ответа от Сухова. И еще кредит. К своему стыду, совершенно не помню срок первого платежа. Не хотелось пропустить, портя кредитную историю и попадая на проценты просрочки. Где может быть договор?

Последний раз видела договор в машине, когда ругалась с Волковым. А не оставила ли его там? Мне тогда не до бумаг было, выскочила как ошпаренная.

Чтобы уточнить в банке нужен паспорт, а он остался дома. Можно попросить Аню поискать договор дома, среди других моих документов.

И тут позвонила Аня.

— Меня выписали, я уже дома. Врач быстро отпустил, — сказала она.

— Как твое состояние? — встревоженно спросила. Немного удивленная ее звонком, обычно созваниваемся по вечерам.

— Нормально, — отмахнулась Аня на мой вопрос. — Я тебе другое рассказать хотела. Ко мне сегодня Волков приходил, я его сразу узнала, — сказала, а у меня сердце на миг остановилось.

Застыла, прислушиваясь к словам подруги, чувствуя, как леденеют пальцы и накатывает страх.

— Он пришел утром, представился и расспрашивал про тебя. Давно ли тебя видела, ходишь ли ты ко мне, — говорила в трубку Аня.

А я сидела, слыша ее слова будто издалека, ощущая себя застывшим куском льда. Ужасно, непередаваемо жаль, что подруга оказалась втянута в наше противостояние с Волковым. И страшно за нее.

— Сказала, что давно тебя не видела, — продолжила между тем она, пока я пыталась пережить нахлынувший поток эмоций.

— Он тебе угрожал? — не выдержав, спросила, перебивая.

— Нет, он вел себя очень вежливо. Такой милый, приятный, сдержанный мужчина, — ответила Аня.

А я содрогнулась. Для всех он мил и сдержан, кроме меня. Я его вопли и наезды выносить не в состоянии. Такое чувство, будто у него на меня аллергия, раздражение от одного моего существования в этом мире.

— Не давил, не настаивал. И даже, представляешь, предложил оплатить мое лечение, — говорила дальше подруга.