Пиппа ищет неприятностей

Правда, до сих пор недоумеваю, как уговорил его присоединиться к нашей банде...

– Скольких ты набрал?

– Пятеро, помимо меня. Не нужно на меня так смотреть, – ответил на укор и недоумение во взгляде. – Чем больше отряд, тем он заметнее и инертнее. И если про Сферу прознают другие, мне целая армия потребуется. Поэтому лично я ставлю на незаметность и маневренность. Думаю, мы должны добраться до столицы дней за десять, – прикинул я благоприятный сценарий.

– Ты уверен, груз будет в безопасности?

– Оуэн, какая может быть безопасность сейчас? Но тут ничего не поделаешь.

– Тут-то ты прав, – согласился мой собеседник, поглаживая окладистую бородку. – Но, может, больше бойцов возьмешь?

– Кого?!

Когда я вспоминал воинов своего отряда, меня пробивал истерический смешок. Утешало одно: лично я бы ни за что не заподозрил, что они могут везти что-то ценное.

– Ладно, я понял, – улыбнулся Оуэн. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Мы дошли до конных рядов, внезапно дошло до меня.

– Всё будет нормально. Я сделаю всё, что от меня зависит, – уверил я спутника и протянул руку.

Говорить нам, как оказалось, было не о чем. Зачем мучить друг друга, выцеживая из себя слова?

– Верю, – провожатый крепко сжал руку.

Мы обменялись еще парой незначимых фраз и разошлись. Оуэн – домой, я – выбирать клячу в дорогу.

И тут чуть ли не под самые ноги мне выкатился паренек лет пятнадцати, тощий и хлипкий, как подснежник в лесу.

– Дяденька, возьмите меня с собой, – обратился он ко мне, разглядывая мой видавший виды меч.

А когда поднял взгляд на лицо, заткнулся на счет «раз».

Я сложил руки на груди для пущего эффекта. И слегка нахмурился. Обычно этого хватало, чтобы народ несся прочь, сверкая пятками.

У пацана медленно отпала челюсть, открывая ровные, но желтоватые зубы. Видимо, так испугался, что ноги отказали.

– Так что ты там спрашивал? –решил я придать ему ускорения.

Он проморгался, будто только проснулся:

– Дяденька, возьмите меня в работники! – спросил он звонко и громко, растягивая губы в улыбку. На его по-детски округлых и гладких щечках появились ямочки.

Дурачок, что ли?

– Паренек, ты иди, иди куда шел, – я показал ладонью направление. Куда угодно, в общем-то.

А сам направился вдоль рядов, поглядывая по сторонам. Лошадь требовалась тягловая: крепкая, надежная, спокойная.