Игра королей

— Вы принесли нам шепоток предателя, находившегося за полмира отсюда, милорд. Что, если Мормонт ошибается?.. Что, если он лжет?

— Сир Джорах не посмеет обмануть меня, — проговорил Варис с лукавой улыбкой. В этом я не сомневаюсь, даже я не хотел бы иметь такого врага как Варис. На пометку решить как с ним поступить в будущем завербовать или же устранить. Оба варианта имеют плюсы и минусы. Хотелось бы получить в руки его шпионскую сеть, но вот будет ли правда верен мне евнух это вопрос. Действовать по простейшему пути тоже рискованно мало того что он может ускользнуть, так и потеря столь ценных информаторов ударит по моим планам.

— Не рассчитывайте на это, милорд. Принцесса беременна.

— Пусть будет так. Но если вы ошибаетесь, нам нечего опасаться. Если у нее будет выкидыш, нам тоже ничего не грозит, как и если она родит дочь, а не сына. Потом ребенок может умереть в младенчестве…

— Ну а если это окажется мальчик? — настоятельно проговорил Роберт.

— Узкое море все еще разделяет нас. Я начну опасаться дотракийцев в тот самый день, когда узнаю, что они научили своих коней скакать по воде.

Глотнув вина, король яростно посмотрел на Неда.

Сир Барристан Селми оторвал от стола взгляд бледно-голубых глаз и проговорил:

— Светлейший государь, честь велит нам встречать врага на поле боя, а не убивать его в чреве матери. Простите меня, но я вынужден поддержать мнение лорда Эддарда.

Великий мейстер Пицель прочистил глотку; на процесс этот, казалось, ушли минуты.

— Мой орден служит государству, а не правителю. Прежде я давал советы королю Эйерису столь же преданно, как и королю Роберту, а поэтому не испытываю вражды к его дочери. И все же я спрошу вас: неужели снова начнется война… сколько воинов погибнет и сколько городов сгорит? Скольких детей отнимут от матерей, чтобы насадить на копье? — Он погладил свою роскошную белую бороду… бесконечно скорбный, бесконечно усталый.

Тогда я не выдержал и дал волю эмоциям.

-Сколько красивые слова для человека который поклялся служить государству и быть в стороне от политики, вы разумеется боитесь, но не за детей и матерей, а за вашу шкуру. Ведь вы предали Таргарианов, тех кому поклялись служить. И вы боитесь расплаты за ваши предательства. Воскликнул я уже на повышенных тонах.