Катриона (4) Восход Черной звезды

И там шенге и Динар… и сейчас, когда там нет кесаря, мы с рыжим можем пожениться и править вместе, а по вечерам отправляться в охт лесных, сидеть у костра…

И все это теперь можно, ведь кесаря там больше нет!

Одна проблема – я не там!.. Я здесь! В этом непонятном и чужом «здесь»! В другом мире…

– Это Эрадарас, нежная моя, – отозвался тот, кого я мечтала сейчас видеть… по меньшей мере четвертованным.

– Не всем мечтам суждено сбываться, – обрадовал меня Великий Араэден.

И кесарь снова вернулся к вальсу… Хоть бы ногу подвернул.

Но он остановился, раскинул руки, и над лесом пронеслось:

– Эвери эсс лио ттери эошени ире… Эвери эсс лио ттери эошени ире… Эвери эсс лио ттери эошени ире! Кто бы мог подумать! – И снова полный абсолютного торжества смех.

Кесарь внезапно подошел ко мне, опустился на одно колено, схватил за руки и, словно ожидая от меня стремления разделить его ликование, радостно произнес:

– Эрадарас, Кари! Мы дома!

Кажется, некоторые бессмертные на почве огромной радости сошли с ума… Печальный факт, учитывая, что я нахожусь неизвестно где, а он единственный, кто знает хоть что-то о возможности возвращения.

– Это вы дома! – прошипела, едва сдерживаясь. – А вот я – демоны его знают где!

Я вырвала ладони у победителя всегда всех и во всем, поднялась, отряхнула пыль с платья и задала единственный интересующий меня вопрос:

– Какого дохлого гоблина вы меня с собой потащили?!

Кесарь окинул меня веселым взглядом, усмехнулся, а затем и вовсе расхохотался… Ненавижу!

– Почему я взял тебя с собой? – повторил он вопрос и поднялся.

Я поступила как истинный орк, выразив свое негодование одним злым движением! И удар кулаком почти достиг цели… но кесарь перехватил мою руку. Мы так и замерли, в этом странном мире, который встретил меня отчаянием и осознанием полного бессилия.

– Никогда. Не смей. Даже пытаться.

Замирая от ужаса, я смотрела в эти страшные сверкающие глаза, а он… наклонялся все ближе… И мне стало бы до смерти страшно, если бы не окружающий пейзаж, который пугал значительно больше кесаря.

– И что теперь? – Слезы, которых было так много в этот ужасный день, вновь начали свой неторопливый бег по щекам.