Наперегонки с пламенем

Едва не сорвавшееся с языка «Подставлять» он проглотил так искусно, что я почти восхитилась.

– Хорошо. Сколько на самом деле жертв?

Такая приятная улыбка сползла с лица мальчишки, будто ее смыло очередным дождем.

– Девять.

Он ответил почти беззвучно, одними губами, и только после этого я позволила себе короткий облегченный вздох.

Не так много, как стоило бы предполагать, хотя и достаточно для того, чтобы поступиться верой и всеми принципами и написать в Совет.

Медленно кивнув, я вернулась к еде, чем, кажется, его шокировала.

– Вы ничего не скажете?

– Мы же договорились перейти на «ты», – я пожала плечами так легко, будто мы обсуждали погоду, хотя для этого и пришлось приложить некоторое усилие. – Мне нужно поговорить с твоей подругой. Сделай так, чтобы о нашей встрече никто не знал. С учетом большого интереса ко мне, это наверняка будет затруднительно, но уверена, ты справишься.

– Нет. Она не пойдет.

Теперь в голосе Гаспара звучала настолько искренняя растерянность, что я заставила себя собраться.

Не время и не место было думать о делах.

Мальчишка смотрел на меня прямо, напрочь забыв о своей остывшей каше. Я же подняла лицо навстречу этому взгляду только покончив с мясом.

– Ты же хочешь помочь с полями. Ну так помогай. А заодно и покажи мне, что еще у вас тут есть интересного.

Окончательно сбитый с толку Гаспар глупо моргнул, а потом выдохнул. Кажется, он чувствовал себя так, будто я во время обеда держала его за горло.

– Я думал, вы.. Ты захочешь отдохнуть. Плавание ведь было долгим.

Поняв, что я настроена уходить, он потянулся за кошельком, чтобы расплатиться с трактирщиком, но я остановила его жестом.

Опыт показывал, что мое нечестивое золото богобоязненные люди брали не смущаясь, и мне хотелось проверить, станет ли исключением этот человек.

Как мы увидели уже от угла, не стал. Все так же хмуро посмотрел нам вслед и, осенив себя Знамением, он ловко сгреб со стола две монеты.

Я улыбнулась, глядя в темнеющее хмурое небо, и надела шляпу, чтобы та не мешала в руках.

– Надеюсь, уважаемый Эмерек не приказал поселить меня в хлеву или на конюшне?

– О, нет! Как можно! – вспыхнувшую искоркой на веснушчатом лице улыбку Гаспар подавил быстро, но заметить ее я все же успела. – Для тебя приготовили дом. Твои вещи уже доставлены.

– И надо полагать порезаны в лоскуты. Даже жаль, там было мое единственное приличное платье.