Баба Яга: Начало бессмертия

— Разве такое может быть, чтобы для меня прошёл целый год, а для тебя и трёх дней не минуло?

— Я не знаю, Ядвига, но причин не верить твоим словам у меня нет. Да и я тебе не стал бы лгать. Для нас с тобой время в этом краю протекало по-разному. Иного объяснения я не вижу.

— Что стало с этим местом? — на глаза одаренной навернулись слезы, глядя на выжженную землю вместо целого дома, где жила её наставница.

— Оно в таком состоянии вот уже 20 лет.

— Но как же Любица?…

— Если так звали хозяйку дома, то она погибла при пожаре в тот трагический день.

— Нет, Нико, я не хочу в это верить! — Ядвига бросилась в объятия парня и, зарываясь лицом в его одежды на груди, горько заплакала. Её разум отказывался верить, а сердце, казалось, вот-вот разорвется от тоски. — Я своими глазами видела это место… я жила в этой хате… я говорила с ней…

Николас осторожно поглаживал безутешную Ядвигу по голове, да приговаривал:

— Тише, тише, Ядвига. Полно так убиваться. Главное, что с тобой никакой беды не приключилось. Прошу, давай уйдём отсюда.

— Но как же Любица?

— Она давно померла.

— Не верю. Я видела её. Она была живая.

— Она привиделась тебе. Не знаю, что здесь произошло, но я нашел тебя без чувств, когда пришел. Всё было лишь сном.

— Может…может, ты и прав… — Ядвига отступила на шаг и утерла лицо холодными ладонями. — Уведи меня отсюда, прошу. Нет мочи более тут находиться. Душу мне это бередит.

Опасаясь, что она исчезнет, как марево, Николас взял Ядвигу за руку, переплетая пальцы, и увёл её в сторону деревни, к корчме, где снял угол.

Все завсегдатаи глядели во все глаза на красивую девицу с чудным цветом волос и тихо перешептывались. Но никто и помыслить не осмеливался дурного, словно какие-то высшие силы оберегали девицу от дурного глаза. Корчмарь не стал возражать против того, чтобы девушка осталась в его заведении, и Николас провел Ядвигу в комнату наверху.

— Прости, Ядвига. Это не место для юной девушки. Завтра же мы уйдем отсюда, только сейчас тебе необходимо отдохнуть и набраться сил, — виновато сказал юноша, опуская глаза в пол.

— Тебе не стоит так переживать. Всё хорошо. Уверена, что люди здесь добрые и место хорошее.

— И всё же, я как можно скорее уведу тебя отсюда, а пока отдыхай.

Николас подступил к двери.

— Уходишь? — заливаясь стыдливым румянцем, спросила девушка.

— Да. Хозяин сказал, что я могу занять место на сундуке около кухни. С меня достаточно будет. Жена корчмаря обещала принести тебе немного похлебки и хлеба.