Баба Яга: Начало бессмертия

Не имело значение, как сильно староста хотел оградить дочь от этих страданий, но он лишь молча проследовал за ней, чтобы оказаться рядом в нужную минуту.

— Отведи меня домой, — загробным голосом прошептала Ядвига, пустым взглядом посмотрев в сторону отца.

Глядя на дочь, Веслав не на шутку испугался за её состояние. Она побледнела, осунулась, взгляд потух, под глазами пролегли глубокие черные тени. Сейчас его дочь больше походила на ходячий труп, чем на цветущую молодую девушку. Слезы высохли, оставляя после себя блестящие полоски на щеках.

— Пойдём, — Веслав обнял дочь за плечи, — у дороги тебя ждёт твой жених.

Казалось, что сердце Ядвиги умерло. Она была разбита. Сейчас ей было абсолютно безразлично, что с ней будет дальше. Жених, муж, палач… какая теперь разница.

Староста привел дочь к дороге, а князь помог девушке забраться в повозку. Вскоре тихая компания воротилась к изведенной Инге. Всё это время женщина не находила себе места от волнения и едва не лишилась чувств, увидев свою дочь в таком состоянии.

— Теперь ты пойдешь за князя? — осторожно спросил отец.

— Не время, Веслав, — кусая губы, шепнула мать, но лишенный красок голос дочери прервал её рассуждения.

— Пойду, — коротко ответила девушка и замолкла.

Витольд видел, насколько потрясена была Ядвига, и уже просто не мог оставить её одну в подобном состоянии. Он отчаянно хотел спасти её, утешить и помочь забыть эту трагедию.

Мужчина снял с пальца серебряное кольцо, надел на шёлковый шнурок и, как того требовал обычай, повесил его на шею невесты.

— У меня нет кольца. Простите… — равнодушно сказала Ядвига.

Она давно обменялась кольцами с Николасом. Пока они возвращались, девушка достала спрятанное заветное колечко, полученное от возлюбленного, когда вручала ему свое, и теперь крепко сжимала его в руке, чувствуя, как оно предательски обжигает ладонь.

— Не страшно, — улыбнулся князь, скрывая больно уколовшую его ревность. И несмотря на это, он был готов смириться с любым её прошлым, лишь бы теперь она стала его.

Витольд нежно прижал девушку к груди и сказал:

— Ничего не бойся, родная. Любить тебя буду всей душой. С каждым днём всё горячее. За тебя умру и для тебя жить буду. Хочу, чтобы ты улыбалась и смеялась, как дитя, как раньше, когда лечила меня, нерадивого. Всё сделаю, чтобы ты счастлива была.

Но каждое его слово отлетало от неё, словно от глухой стены. Ядвига стояла и молчала, смотря в пустоту невидящим взглядом.

Отныне всё изменится.