Баба Яга: Начало бессмертия

Девушка расчесала пальцами спутанные локоны и заплела их в толстую косу, но перевязывать лентой не стала. Просто перекинула её через плечо, оставив распущенной на конце. Потом расправила края синей полотняной юбки, едва доходящей до щиколоток, и критически посмотрела на босые ноги.

— Нехорошо так выходить к гостю. Надену сапожки, что подарил мне князь. Думаю, что случай подходящий, а после опять спрячу в сундук, чтоб не стаптывать почём зря.

Красные блестящие сапоги на низком каблучке мигом оказались на ногах, подчеркивая их изящество и стройность.

Каково же было удивление девушки, когда увидала в центре комнаты подле отца высокого, хорошо сложенного мужчину с широкими плечами, гордой прямой выправкой и длинными волосами цвета вороньего крыла. Его черный костюм, расшитый серебряными нитями, как и прежде, сидел безупречно.

В их дом наведался сам князь Ковза.

— Что Вы здесь делаете?! — она замерла в дверях, не веря своим глазам.

Витольд резко обернулся, и уголки губ на гладко выбритом лице подскочили вверх.

— Приветствую Вас, панна, — протянул мужчина, скользя по хрупкому стану восхищённым взглядом. Ему казалось, что всё, чего касалась её рука, было идеальным. Даже самый нелепый и простой наряд не мог испортить её чарующей красоты, а самое прекрасное и дорогое платье непременно бы померкло на фоне её алой обворожительной улыбки.

Пока молодые люди не моргая переглядывались, Веслав бросил на дочь недовольный взор и строго сказал:

— Прояви должное уважение князю, дитя.

Ядвига словно опомнилась и тут же глубоко поклонилась, опуская глаза вниз.

— Приветствую Вас, княже.

Витольд почтительно кивнул, стараясь придать себе бесстрастный и несколько отстраненный вид, хотя всё его естество горело от желания заключить девушку в объятья.

— Как Ваше здоровье? Могу ли я чем-то служить Вам?

Витольд подошёл ближе и ответил:

— Благодарю. Твоими стараниями чувствую себя хорошо, а лицезрея тебя — ещё лучше.

Ядвига переводила обеспокоенный взгляд то на отца, то на князя. В воздухе повисло странное молчаливое напряжение, и ей стало казаться, что всех присутствующих объединяет какая-то тайна, а она в очередной раз неудел.

— Что происходит? — она стал нервно мять в руках края белой сорочки, на которой красными огнями горели вышитые крестом маки.

Всё больше хмурясь, Веслав положил руку на стол и нервно сглотнул.