Разыскивается суженый! Работников МЧС не предлагать

Не успела я порадоваться присутствию ума и полезных навыков у своего рыцаря, как он, оседлав одного из красных монстров, вместе со старостой и другими мужиками, поднялся в небо и начал поочерёдно выпускать Горынычей поджигать поля в округе!

Кот что-то мне пытался втолковывать про систему и направление ветра отжига, но я просто ещё раз решила, что мы все умрём, и пару часов предавалась панике вместе с оставшимися в деревне женщинами.

К вечеру подоспела дружина водяных от отца и они, счастливо переговариваясь, что огромного пожарища удалось избежать, разбрелись тушить остатки пламени.

Я уже настолько вся извелась, то прощаясь с жизнью, то вновь воскресая… Настолько измучилась бояться за глупого рыцаря, что, когда он, под самую ночь, спустился на землю верхом на трёхголовом монстре — весь чёрный от сажи, пропахший гарью, но бессовестно счастливый, я не выдержала и кинулась к нему на шею.

— Миша! Родненький! Живой! — не зная, куда девать все вспыхнувшие и разрывающие меня чувства, я схватила лапками его грязное лицо, а потом звонко поцеловала в губы…

Судя по установившейся вдруг тишине вокруг, а так же по ошарашенному лицу мужчины, меня, скорее всего, не очень правильно поняли.

Правда, не успела я добраться до желаемой цели, как меня бесцеремонно схватили поперёк туловища и подняли над мужским лицом, держа на вытянутых руках.

— Злата, ты в порядке? — спросил Михаил, с сомнением меня оглядывая.

Я скромно улыбнулась, и этот момент солнышко окончательно зашло.

Вмиг приняв человеческий облик, я свалилась сверху на не готового к такому повороту мужчину. Михаил грохнулся на землю, я же упала на него следом. И, по-моему, выбила дух, потому как тело подо мной подозрительно крякнуло и скрипнуло.

— Эй, ты там живой? — снимая свою косу с его лица, обеспокоенно спросила я.

Рыцарь лежал на спине и смотрел на меня вытаращенными глазами.

Так и знала, что онемеет от восторга, когда меня увидит! Теперь точно жениться придётся!

— Кхм, кхм… — прозвучал неподалёку подозрительно знакомый голос, — дети мои, я вам, случайно, не мешаю?

— О нет, — простонала я, спрятав лицо на мужской груди, — только не это!

— Что это? — почему-то шёпотом спросил Михаил.

— Это папа…

— Папа… Хм, понятно… — повторил он, явно находясь в шоке.