Случайная

Он же не мог узнать? Невольно покосилась на Изарда, оценивая вероятность того, что меня подставили.

— Я держу свое слово, не смотри так на меня, — хмыкнул мужчина, направляясь на выход.

Эй, а я?!

Подскочив, нагнала его уже в коридоре, и на ватных ногах побрела до кабинета своего "хозяина". Или работодателя? Хотя куда уж там, рабовладельца!

Несколько девушек, встретившихся на пути, громко смеялись. Кажется, Майлин и Фирра... Даже немного позавидовала веселью инопланетных красоток. Вспомнить бы, когда сама последний раз веселилась от души.

Хотя, в этом есть и моя вина. Как говорится, кому надо, тот найдёт возможность. Даже если тебя выкрали инопланетяне и ты теперь в местном борделе отрабатываешь хлеб и жилье. Пф.. Невольно прыснула, да уж, действительно смешно со стороны выходит. Правда смех этот сквозь слезы.

— Я уж думал заплачешь, а ты... Удивляешь, — прокомментировал Изард, с подозрением покосившись в мою сторону.

Со временем он становился мне все роднее и ближе, и улыбка на его лице казалась чем-то важным и обязательным.

Странное чувство...

Нет, я не была влюблена. Хотя, пожалуй, если бы это было так, я бы только порадовалась. Всё повод выкинуть из сердца Сириуса. Ну вот, опять вспомнила, тьфу!

—Да уж, —глубокомысленно заметил друг на новое проявление моих эмоций.

А друг ли?

Пока размышляла, мы добрались до места назначения. Лёгкий стук, и двери распахнулись, являя красивейший кабинет и его не очень симпатичного четырехглазого владельца.

Необычная птица, поразившая меня в первый раз, сидела в клетке на том же самом месте.

Такая же прекрасная и молчаливая. Словно неживая.

— Разве клетка не слишком узкая для неё?

Марик молча сидел, чем-то занятый, поэтому начать беседу решила сама. А то прямо Сухомлинского вспомнила с его педагогикой, а я, между прочим, ни в чем не провинилась. Сбежать только собираюсь, но он же не знает, поэтому, не считается.

— Она попала ко мне сразу после рождения, другой жизни и не знает, — ответил хозяин птицы, наконец, поднимая на меня глаза.

— А полет? У неё такие крылья, наверняка, она почувствует себя лучше, а вы насладитесь красотой полёта. Может, выпустить её хотя бы в сад? У вас есть сад?

— Она ничего не почувствует, потому что даже не знает, что это такое, полет. Не понимает, что лишена чего-то столь важного, что она вообще имеет возможность летать.

— Но как так, это же жестоко?! — возмутилась, осознав весь масштаб катастрофы от влияния стороннего существа, разрушившего нормальную жизнь птицы.