Навсегда

Раз он убил тогда ночью, может, его внутренние демоны активируются именно в это время суток?

Как ни пытаюсь выбросить эти мысли из головы, не могу. Ни потушить свечи, ни расслабиться, ни тем более заснуть.

В голову постоянно лезут догадки, где сейчас Мэтт и что делает. Я даже начинаю прислушиваться к тишине дома.

Слышу, как где-то внизу горничная задувает свечи и ложится в постель. Слышу ночные хороши листьев деревьев за окном. И стрекотание насекомых.

Но Мэтта не слышно.

Напряжение возрастает так, что становится тяжело дышать.

Пытаюсь отвлекать себя самыми разными мыслями, но не получается. Не срабатывает даже последняя новость о связи с колдуном и его способности определять, где я. Даже это становится на задний план.

Мечусь по кровати, не зная, в какое положение лучше лечь. В каждом мне начинает мерещиться, что за спиной кто-то притаился. Но лежать на спине ещё невыносимее.

И вдруг я замираю. Неожиданно чутко улавливаю момент, когда Мэтт заходит в дом.

Странно, дом внушителен по размерам. И стены не назвать тонкими. Но каким-то образом я улавливаю происходящее.

Вот Мэтт закрывает дверь… А вот — поднимается по ступенькам. Наверх.

Скоро я слышу его шаги. И понимаю, куда он идёт.

Сердце пропускает удар. Я сажусь, подобрав подушку наверх. Натягиваю одеяло на себя. И слежу за шагами Мэтта.

Он идёт ко мне.

Вместо страха неизвестности в голову вдруг приходит другая, не менее пугающая мысль — мы ведь стали мужем и женой.

Наверное, Мэтт идёт за этим. И не сомневается, что получит своё — я не имею право ему отказать. По законам я принадлежу ему.

Разъяренно хмурюсь. И впиваюсь взглядом в уже входящего в комнату Мэтта.

Злость подавляет страх. Теперь мне даже всё равно, чем муж займётся этой ночью — лишь бы скрылся с моих глаз.

— Здесь полно комнат, — холодно заявляю.

Мэтт колеблется какие-то секунды, а затем закрывает за собой дверь и подходит ближе:

— Верно.

Чуть не задыхаюсь от такой наглости. Неужели он забыл, как именно стал моим мужем?!

Но самое ужасное — я сознаю свою беспомощность. Мне не на что надеяться, кроме одного — его хоть какой-то порядочности.

Даже сбежать нормально не получится — Эдвард вернёт меня своему другу.

Я стала собственностью Мэтта, и это сводит с ума.