Навсегда

— Познакомимся заново?

Я как-то нервно смеюсь.

— Учитывая наше прошлое знакомство…

— Я привык думать, что разбираюсь в людях, Сиенна. Ты кто угодно, но не легкомысленная кокетка. К тому же, ты не вспомнила его имя, ты назвала меня им, — уверенно и серьёзно возражает Мэтт.

Облизываю пересохшие губы. И всё-таки нахожу в себе силы встретить его взгляд.

— Вы действительно разбираетесь в людях… — признаюсь, невольно снизив голос при виде знакомого блеска в его глазах.

— Ты, — поправляет он. — Расскажешь?

Я перевожу дыхание… И сама не замечаю, как рассказываю ему всё о своём сорванном браке, планах и ошибке, из-за которой перепутала мужчин.

Единственное, о чём я не стала упоминать — о желании выйти только за того, кого полюблю сама. Почему-то волнительно об этом говорить.

Мэтт слушает, где надо — задаёт вопросы, помогающие раскрыться. Он не осуждает и не насмехается, скорее, наоборот… Его взгляд завораживает то ободрением, то восхищением, то ещё чем-то, особенно волнующим. Я порой сбиваюсь, отвожу глаза.

Но уходить больше не хочу.

В какой-то момент ловлю себя на мысли, что с удовольствием проговорила бы с ним весь день… А может, и больше.

Тут же вспоминаются слова матери.

— Я слышала, вы… — смущаюсь, запнувшись. Но всё же поправляю себя: — ты здесь проездом.

— Да, я живу в столице, потому что работаю при дворце.

Я не ожидала такого ответа. Что ж, теперь слова матери понятны.

— Король жесток, — не выдержав, с укором говорю.

— Моя должность не связана со служением ему, — мягко уточняет Мэтт.

— По крайней мере, прямым. А что касается короля — его правление скоро закончится.

Уверенное заявление заставляет меня посмотреть в его глаза. Он принимает мой озадаченный взгляд лёгкой улыбкой. А я снова теряюсь от его манеры смотреть на меня. Определённо, никто больше так не смотрел.

— С чего ты взял?

— Он слишком глуп, чтобы протянуть дольше, — просто, как само собой разумеющееся, говорит Мэтт.

Едва сдерживаю облегчённый вздох. Чего мне уж точно не нужно — так это связываться с преступниками против короны.

Пусть я и не в восторге от короля, но наказание мятежникам слишком уж жестокое. Оно держит в страхе весь народ.

Стоп… Связываться?..

***********

Я вдруг чувствую сильное сжатие руки. И чужой голос, безжалостно вырывающий меня из тепла воспоминаний:

— Это всё, конечно, безумно трогательно, но можно как-то ближе к нужным нам сведениям?

Нетерпеливые нотки чьего-то тона, которые я совсем не узнаю, пугают и тревожат.