Истинная проблема дракона, или ведьма под подозрением

Сейчас меня будут бить. Хорошо хоть не перед всем пансионом в назидание.

Мешочки были очень хитрым видом наказания. В них насыпали песок с мелкими камешками и завязывали их на узел. Они не оставляли царапин, не вредили девочкам сильно. Но покрывали тело ужасно болючими синяками, которые потом долго напоминали о себе.

В кабинете мадам директрисы стоял шкаф с, как я их назвала, пыточными инструментами. Там всегда были свежие розги, небольшой кнут, который на моей памяти не применяли ни разу, потому что он рассекал кожу и тем самым оставлял шрамы.

Лизи покорно открыла стеклянную дверцу и вытащила мешочек. Мне тем временем поставили на колени. Я старалась сохранять спокойствие, но тело помимо воли мелко дрожало.

— Это для твоего же блага, Эрика, — сказала “подруга” нежно.

Представляю, какое удовольствие она сейчас получала, видя моё унижение. Ещё большее удовольствие она получит, когда начнёт экзекуцию.

Потом её довольно милое лицо исказила звериная жестокость, она замахнулась, а я только успела закрыть голову руками.

Лизи била меня молча и методично. Я, в свою очередь, силилась так же молча перетерпеть побои.

Мне показалось, что наказание длится целую вечность, а тело превратилось в один большой синяк.

Словно сквозь вату я услышала удовлетворённый голос мадам директрисы:

— Я думаю, что достаточно. Надеюсь, это послужит тебе уроком, Эрика. Ты столько лет обманывала своих подруг и наставниц, притворяясь тихой и кроткой девочкой. Но хорошо, что мы выявили твою прочную натуру сейчас.

Я ничего ей не ответила, даже не послала ей дерзкий непокорный взгляд. Молча промокнула подолом платья разбитые губы.

Мадам директриса приказала Лизи привести сюда мадам Октавию и отправиться на занятия. Наставница пришла так быстро, словно всё это время стояла под дверью, дожидаясь своего выхода на импровизированную сцену.

Её тонкая фигура встала надо мной. У меня же не осталось сил, чтобы самостоятельно подняться.

— Что произошло?

— Вот, — мадам директриса дала ей в руки один томик.

— О! — воскликнула мадам Октавия, в ужасе уронив книгу на пол, словно та могла её покусать.

— Мадам Октавия, отведите Эрику в карцер. Три дня без еды и воды приведут её в чувство. Выполняйте.

Мадам Октавия помогла мне подняться на ноги. Сделала она это достаточно бережно, за что я ей была очень благодарна.

— Пойдём, — сказала она строгим голосом.